Внезапно в глухом ухе снова раздался шум – звук поднимался вверх, точно волна в морской ракушке, пронизывал челюсть и просачивался в зуб.

– Что это? – спросил Сеп, закрывая глаза.

– Ты о чём?

– Такое… дыхание… – выдавил Сеп, – как если бы ты простудился и тебе нужно сплюнуть. Не слышишь?

Аркл встревожился, отложил джойстик и склонил голову.

– Нет, – признался он, потягивая газировку. – Я ничего не слышу."

"Сеп провёл языком по больному зубу. Внезапно тот показался напряжённым и горячим, как готовый лопнуть гнойник.

– Я слышу звук глухим ухом, – сказал Сеп, – и это…

Яркая острая боль прошила центр его головы.

Он вскрикнул, схватился за череп и упал на колени.

– Так было в прошлый раз, – прохрипел Сеп. – Когда… Барнаби… пришёл ко мне домой.

– Чёрт, – сказал Аркл, зависая над ним и прыгая с ноги на ногу. – Дерьмо, дерьмо, дерьмо.

Сеп закрыл глаза и сжал голову, ожидая, когда в глазах перестанут мелькать огни. В конце концов боль утихла, и он опустил руки. Ребята посмотрели друг на друга.

– Нам нужно идти, – сказал Сеп. – Сейчас.

– Но Лэмб ещё не…

– Да! – крикнула Лэмб. Она заглянула в комнату, раскачивая на весу мокрые ключи.

 – Лежали в баке. Надо было заглянуть туда раньше, а так… Господи, что с тобой?

– Ухо Сепа так же странно себя ведёт, как когда медвежонок пришёл к нему домой, – сообщил Аркл, хлопая руками. – Он говорит, что нам нужно идти. Прямо сейчас!

– Ага, хорошо, вот и я это предлагаю. Тогда пошли!

Лэмб помогла поднять Сепа с пола, и он с трудом встал на ноги.

– Это ящик. Типа… его голос или что-то вроде того. Я его слышу.

– Что он говорит? – спросил Аркл.

– Не знаю. Похоже на… животный звук. Как рычание.

Лэмб заглянула в кухню, обнимая Сепа за плечи.

– Всё, пошли! – крикнула она.

– Сеп! – испугалась Хэдли.

– Сепстер в порядке, Молочная Девочка, – успокоил Аркл. – Он просто… кх!

Он перегнулся через кухонный стол и схватился за горло.

– Даррен! – крикнул Сеп, у него снова взвыл зуб. Он обнял Аркла поперёк груди. – Что с тобой?

– А-а-а-кх! – подавился тот. Он покраснел, затем стал багровым, его глаза заслезились. Аркл вцепился в руку Сепа и притянул его так близко, что Сеп смог почувствовать жаркое дыхание друга на щеке.

– Господи, что с тобой? – крикнул Сеп, хлопая Аркла по спине.

 – Скажи что-нибудь!

Аркл открыл рот, и его стошнило. Сеп приготовился к брызгам рвоты, но из рта Аркла высунулась маленькая обожжённая нога, сухая и чёрная – предплюсна и большая берцовая кость, подумал Сеп, его испуганный разум выдернул слова с невозмутимых страниц затхлого учебника, – а затем и остальная часть стрекозы последовала на столешницу – скелет мёртвого насекомого, опалённая до сажи грудная клетка и крылья, превращённые огнём в хрупкие, сверкающие пузыри.