– Лариса в курсе бедственного состояния матери?

– Нет, – покачала головой Сима, – понимаете… кхм… кхм…

– Что?

– Ну… я сказала ей, будто Зина умерла, – призналась Серафима.

– Почему? – изумился я. – Девушка удачно вышла замуж, неужели она не способна оказать вам материальную помощь?

Серафима снова стала кашлять, потом наконец решилась.

– Понимаю, это странно выглядит. Вместо того чтобы обратиться к дочери Зины, я клянчу денег у благодетелей. Но, видите ли, не все американцы Крезы.

– Понимаю.

– Стив среднеобеспеченный человек. У него на руках еще престарелые родители и дочь от первого брака.

– Ясно.

– И потом… Лариса очень боялась, что Зоя, для которой преследование семьи Бунич стало делом жизни, отыщет «убийцу» Веры и в Новосибирске, и в Америке. Хотя я ни одной душе не рассказала, куда делась Лара, никому ни словом не обмолвилась. Настя тоже молчала, более того, она в Академгородке заявила: «Ко мне прибыла племянница, дочь сестры из города Иваново, там, в городе невест, замуж не выйти, а у нас полно холостых парней».

– Но у Ларисы весьма редкая фамилия, Бунич.

Ее легко найти по справочной. Один запрос, и Зоя в курсе того, куда делась Лариса.

Сима кивнула:

– Верно… э… мы… ну… как бы поточнее объяснить… в общем… у Насти есть муж, он работает в органах, не в милиции… понимаете?

Я кивнул:

– Да.

– Вот Леня и помог, Ларочка устроилась в Академгородке по другому паспорту. Она стала Григорьевой Еленой Петровной, под этим же именем вышла замуж. Стив ничего не знает про Зину, он считает супругу сиротой, которую пригрела Настя. Ясно?

– Более чем. Хотя непонятно, неужели Лариса совсем не беспокоилась о маме?"

"– В самую точку! – подняла указательный палец правой руки Сима.

 – О том и речь. Естественно, она переживала, звонила, плакала. А я боялась, что Зоя вычислит, подслушает, вот и запретила Ларе общаться с нами. Ну а потом, когда Зиночку разбил второй удар, рассудила так: моей сестры больше нет, как личность она умерла. Осталось лишь тело, ждущее физической смерти, бренная оболочка, отдаленно похожая на Зиночку. Ну узнает Ларочка правду, и что? Она начнет дергаться, плакать, в конце концов признается Стиву в обмане, расскажет о своей подлинной биографии… Неизвестно, как муж отреагирует на известие о том, что у него есть в России немощная теща, которой необходимо помогать, да еще на жене клеймо «убийца».

– Но Лариса никого не убивала!

Серафима грустно улыбнулась:

– «То ли он украл, то ли у него украли, но была там какая-то нехорошая история». Извините за цитату, только она отличная иллюстрация к нашему положению. Вот я и отправила Ларе письмо с сообщением о смерти Зины от инсульта.