Она бы с огромным удовольствием посидела в гостиной, участвуя во взрослых разговорах, но мама всякий раз говорила дочери:

– Пойди поиграй с Игорьком, оставьте нас с тетей Зоей вдвоем.

И приходилось нехотя подчиняться. Соня не могла ослушаться родительницу, мамочка была тяжела на руку и запросто раздавала затрещины.

В восьмилетнем возрасте Игорю поставили страшный диагноз: рак крови. На Зою, узнавшую о диагнозе, было невозможно смотреть. Мать пыталась всеми силами спасти сына. Только никакого эффекта таблетки и уколы не принесли, встал вопрос о пересадке костного мозга, потребовался донор.

Как правило, необходимые клетки берут у родственников, но Вяземским не повезло. Ни Зоя, ни Андрей не подошли, их анализы оказались «нехорошими», Игорю предстояло умереть. Может, мальчик бы и не выжил, но тут старый профессор, лечивший ребенка, позвал к себе в кабинет Зою и доверительно сказал:

– Голубушка, вы ведь молоды? Климакс не начался?

– Нет, – удивленно ответила Зоя.

– А муж здоров?

– Вроде да, – кивнула ничего не понимающая Вяземская.

– Тогда у вас есть шанс спасти сына.

– Какой? – закричала Зоя. – Говорите! Я сделаю все: продам квартиру, вещи, заплачу вам сполна, только помогите!

Профессор укоризненно покачал головой:

– Вам надо будет не меня благодарить, а бога молить, чтобы новорожденный оказался совместим с Игорем.

– Вы о чем? – окончательно впала в недоумение Зоя.

– Вам нужно родить ребенка, – пояснил врач. – Есть шанс, что он станет донором для Игоря.

Зоя заморгала, потом спросила:

– А без этого никак?

Доктор развел руками.

– Увы, в вашем случае нет.

Зоя кинулась к Любе, матери Сони.

– Что делать? Что? – закричала она с порога.

Люба моментально велела дочери:

– Иди делай уроки.

Девочка сообразила, что ее хотят удалить с места событий, но возражать не стала.

– Да, мама, – кивнула она, – хорошо.

Люба обняла Зою и увела ее в свою спальню, а хитрая Соня вышла на балкон детской и, прижавшись к стене, стала подслушивать разговор. Любопытная девочка давно знала, что мама всегда держит раскрытым окно опочивальни. Люба чувствует себя в комнате абсолютно спокойно, голос у нее громкий, и он из окна беспрепятственно достигает ушей затаившейся школьницы. На дворе стояло лето, и Сонечка совершенно не замерзла, подслушивая.

– Что делать? Что? – словно заведенная, выкрикивала Зоя, сообщая, что сказал профессор.

– Рожать, – ответила Люба.

– О! Нет! Не хочу!

– У тебя есть альтернатива?

– Да!

– Какая?

– Более не иметь детей!

– Тогда Игорь умрет.

– Не смей так говорить, – зарыдала Зоя, – он поправится!

– Но тебе для спасения сына придется произвести на свет младенца.

– Нет.

– Похоже, это единственный шанс для Игорька, – напомнила Люба.

Зоя замолчала.