Я нежилась в объятиях Макса и строила планы на будущее…

Я больше не хотела думать о счастье, потому что теперь твердо знала: само по себе счастье достаточно хрупко, и довольно одного толчка, чтобы оно разрушилось. Я попытаюсь устроить свою жизнь так, чтобы само слово «счастье» никогда не зависело от слова «мужчина». Можно быть счастливой и без него. Я уверяю, что это возможно. Я очень хорошая ученица, и обязательно научусь быть счастливой без мужчины. Вот увидите, научусь. Я пересмотрю свою прошлую жизнь и выстрою свою судьбу так, что какая бы боль от потери меня ни преследовала, я все равно буду счастлива и совершенно спокойно приму сердечную боль.

Мужчины больше не будут вызывать во мне прежних эмоций — ни огорчений, ни сожалений, ни мелких обид…

Мы остановились около знакомого дома, припарковали машину во дворе и молча направились к двери. Михаил вошел на веранду, встал у окна и с трудом сдержал слезы.

— Проходи, не стесняйся, — сказал он и трясущимися руками достал сигарету из пачки.

Даже невооруженным глазом можно было заметить, что он страдает. Я люблю Макса. Он любит Жанну, но сегодня мы вместе. Мы вместе для того, чтобы облегчить нашу боль и хоть немного подлечить кровоточащие раны.

— Тебе ее очень недостает? — тихо спросила я и заглянула Михаилу в глаза."

"— Да. Я больше не могу находиться в нашем доме, где все напоминает о ней. Не могу уснуть ни ночью, ни днем. Даже воздух по-прежнему пахнет взрывом. Я чувствую, что по дому бродит беда, хочу пока пожить здесь. Но вот только вдруг она вернется? Она вернется, а меня дома нет.

— Если ты так тоскуешь по ней, тогда что в этом доме делаю я?

— Извини. Если хочешь, мы вообще не будет говорить о Жанне.

— Это ты меня извини, я глупость сказала.

Я ведь тоже думаю о другом. Знаешь, то, что у нас с тобой происходит, называется терапией для одиноких сердец.

— Интересное определение.

— Верно. Давай постараемся друг друга излечить и думать я о тебе, а ты обо мне.

— Я и мечтать никогда не мог, что рядом может оказаться такая женщина, как ты. Слишком известная, слишком красивая, слишком шикарная…

— И эта женщина в который раз осталась одна.

— Никогда бы не поверил.

— Один предал меня с лучшей подругой и, наверное, до сих пор живет с ней. Другой скрыл, что женат, а когда истина открылась, не раздумывая, вернулся в семью.

И я больше не верю в любовь, потому что любовь для меня настоящий кошмар. Моя душа разрывалась на части, но я наконец поняла, сколько стоит любовь и какова истинная плата. Плата за любую, даже самую сильную и головокружительную любовь — ОДИНОЧЕСТВО, и от этого, увы, никуда не денешься.

В этот момент лицо Михаила напряглось, а на лбу отчетливо показались морщины. Он смотрел куда-то позади меня и стал белым как мел.

— Что-то случилось? — обернулась я.