Мы оделись, причём мужчины деликатно отвернулись, давая мне возможность спокойно натянуть все на себя, и какими-то тайными тропами вернули меня на Искру.

Я оглядела оранжерею и снова потёрла ушибленный палец. Ррр… Двое суток уже прошло после возвращения со станции, а они меня все, как один, избегают! Даже Корд не подходит!

Даже когда я выловила его и потребовала всё объяснить, он мягко обнял меня и сказал, что они втроём обязательно меня от всего защитят, но сейчас им всем необходимо много работать.

Хотя минутку нежности, я всё-таки урвала… Корд взял в свои большие горячие ладони мою руку, поцеловал мои пальцы, задумчиво-задумчиво посмотрел на вспыхнувшие серебристые линии на моей коже и на тёмно-синие с серебристыми искрами на своих ручищах.

После чего схватил меня в охапку, страстно поцеловал так, что дух захватило… поднял меня на руки и, не слушая мои протесты, принёс сюда. В оранжерею.

Я снова погладила ушибленные пальцы на ноге.

Неужели так сложно обо всём рассказать⁈

— Мира, маленькая, ушиблась? — в оранжерею ворвался Льен. — Покажи. Ногой стукнулась?

Прежде чем я успела хоть что-то сделать, хоть как-то остановить этот стремительный снаряд, летящий в меня… моя стопа оказалась схвачена сильными ласковыми руками, а пальцев ног коснулся его тёплый влажный язык.

Уммм… Я вцепилась руками в сидение и выгнулась от нереального удовольствия. Просто прострелило наслаждением.

— Льен! Что ты… Ох…

Его язык замедлился, осторожно и тщательно лаская мои пальчики, а широкие ладони мягко сжали мои икры. Кисточка его хвоста при этом успокаивающе гладила мои колени.

А потом он поднял голову и пристально глянул на меня.

С прищуром оглядел всю меня.

— Где ещё болит? Ссадины из душевой должны все были зажить, но если что-то пропустил…

— Нет! — покраснев как рак, я постаралась освободить свою ногу из его сильных ласковых рук. — Со мной всё хорошо!"

"— Ты очень расстроена, — Льен смотрел на меня требовательно, в его глазах появилась редкая, но уже знакомая мне жёсткость. — Расскажи мне. Что тебя тревожит?

Я глубоко вздохнула и призналась.

— Меня глубоко расстраивает то, что вы мне ничего не говорите.

Льен отпустил мою ногу, выпрямился.

Скрестил руки на груди. Я смотрела на него снизу вверх и невольно сглотнула. Да, это, конечно, не громила Корд, но тоже весьма впечатляющий мужчина. Высокий, сильный.

В этой лёгкой прилегающей к рельефному телу одежде, Льен вызывал у меня вполне определённые желания, заставляющие меня краснеть и напоминать себе, что я с Кордом! Я с Кордом!!

— Что, по-твоему, мы должны сказать тебе, Мира? — с усмешкой сказал Льен.

От такой постановки вопросов я осеклась. Ну да.