Мать Арслана сдается первой, она плотно сжимает губы, слегка прищуривается, буравя меня карими глазами на ухоженном лице. Выглядит она очень достойно, стильно, не дашь больше сорока пяти лет, хотя ей явно больше. На ней строгое приталенное платье чуть ниже колен, глубокого фиолетового цвета, небольшие круглые черные украшения, темные волосы до плеч лежат плавными волнами. В ее чертах совершенно не вижу сходства с Арсланом. Видимо, он похож на отца.

— Гульназ усадила девочек ужинать, мы с ними очень хорошо пообщались, — сообщает довольно-таки спокойным голосом, направляясь в мою сторону. Голос приятный, мелодичный, но в нем явственно чувствуется сталь. Либо я себе это фантазирую, трясясь от накала эмоций в кабинете, вдруг ставшем слишком тесным для нас обоих. — Мы можем поговорить, Оксана?

Киваю — что еще я могу ответить на данную фразу?

Еще пара шагов — и расстояние станет критическим, Белла нарушит мое личное пространство, она словно стремится прижать меня к тумбе с факсом. Но останавливается на расстоянии метра и позволяет себе дотошно изучить мой вид с ног до головы. Меня словно ошпаривает кипятком, так неприятен ее взгляд, такой намеренно-пренебрежительный. Бесцеремонный. При Арслане она держалась намного вежливее.

— Ты спишь с моим сыном? — ошарашивает прямым вопросом. Прямо-таки выстрел в упор. Внимательные глаза впиваются в меня, выворачивая душу наизнанку. А меня от такого вопроса даже слегка шатает.

— Я… — теряюсь от неожиданности. Меня не пугал грозный Бакаев, я могла дать ему отпор, и вдруг сникла при появлении его матери, которая одаривает меня враждебным, подозрительным взглядом.

— Значит, спишь. Он бы обязательно рассказал мне о тебе. Но ничего подобного Арслан не говорил. Ты только недавно появилась в его жизни, не была его любовницей долгие годы. Выходит, прыгнула к нему в постель в течение этих нескольких дней. Быстро же ты. А ведь он женат, ты в курсе?

Вспыхиваю от смешения самых разнообразных чувств. Мне не нравится, что меня приперли к стенке, без долгих прелюдий сразу задали вопрос в лоб, да еще какой! Я не могу хамить этой женщине, но меня жутко раздражает то, как нагло она начала беседу, не удосужившись нормами приличия. Втягиваю носом воздух, как перед прыжком в воду. Нужно сразу завоевать себе место под солнцем.

— Я думаю, что ваш сын достаточно взрослый, чтобы не отчитываться перед родителями о своей личной жизни. И я тем более не буду отвечать. Не считаю нужным.

— Сестра была права. Ты дерзкая, — снова поджимает губы и складывает холеные руки с перстнями перед собой.

В ответ вскидываю подбородок с выражением: «Уж какая есть!» Одна ворона уехала, другая приехала ей на смену клевать меня с упорством отбойного молотка.