— Да, пока один, — усмехается Шевцов. — И то мы в шоке. А у вас?

— И у нас. Пока один. Но мы работаем.

Я резко перевожу на него взгляд и чувствую, что неумолимо краснею. Ну как можно ляпнуть такое посторонним людям? Ну и вообще…

Вечером мы возвращаемся поздно. Долго гуляем в парке Галицкого, фотографируемся. Хочется сделать этот день запоминающимся для Насти. Да и для себя тоже.

Вера забирает Настю к себе на ночь, та очень хочет увидеться с Ариной, которая уехала на репетицию сразу после торжественной части выпускного. А мы с Семёном возвращаемся домой жутко уставшие.

— Мои ноги горят огнём, — со стоном скидываю босоножки на танкетке. — И почему я не взяла с собою шлёпанцы?

— Могла бы вообще босиком походить, — улыбается Семён. — Очень сексуально было бы, кстати.

— Да ну тебя, — смеюсь в ответ. — Всё, чего я сейчас хочу, это опустить ноги в ванную со льдом."

"— И всё? Серьёзно? — обнимает сзади, крепко прижимая к себе, и я чувствую, как его член становится твёрдым. Буквально за секунды наливается, громко заявляя о своих намерениях.

— А есть предложения? — несмотря на усталость, я тоже подхватываю эту игру. Потому что хочу его. Мне вообще кажется, что так часто хотеть секса в тридцать плюс уже попросту неприлично. Будто мы подростки какие-то, гормонами напитанные. Нас безумно тянет друг к другу.

— Есть, — он внезапно разворачивает меня к себе и, сжав плечи, смотрит в глаза неожиданно серьёзно, и взгляд его горит огнём. — Василина, давай ещё родим ребёнка. Я очень хочу. Пожалуйста. Ты хочешь?

Я смотрю на него долгим взглядом. В груди становится очень тепло, даже жарко, но жар этот приятный, согревающий. Сердце начинает трепетать взволнованно.

Настя далась мне непросто. Было тяжело, было больно, страшно, и я для себя решила, что она будет моим единственным ребёнком.

Но тогда я была одна. А теперь у меня есть Семён. И я ощущаю, как внутри растёт это желание. Не потому что он так попросил, а потому что я сама понимаю, что готова.

— Хочу, — шепчу в ответ и прикрываю глаза, когда он с выдохом горячо прижимается губами к моему лбу.

— Спасибо, родная моя, спасибо.

А потом… потом мы забываемся друг в друге…

*История Шевцовых в дилогии “Сахар со стеклом”/ “Сахар на дне” (первая часть бесплатна)

Эпилог

— Ну что там? — Семён обнимает меня за талию и кладёт подбородок на плечо.

— Ничего, — шепчу, откладывая смартфон на подоконник. — Снова ничего.

Сдержать слёзы разочарования трудно, и я пытаюсь себя отвлечь. Убеждаю мысленно поберечь макияж, ведь сегодня такой важный в моей жизни день. Такой счастливый и долгожданный.

Но… эмоции под ковёр не спрячешь. Горечь жжётся в горле, и я глубоко вздыхаю, пытаясь подавить всхлип.

— Ну-ну, тише, — Семён разворачивает меня к себе и смотрит в глаза. — Всё у нас получится, Василина.