И это был не Чи, его я узнала бы сразу по запаху, по рукам, по биению сердца, по дыханию… а это был не Чи.

И я распахнула глаза.

Меня очень почтительно нес один из охранников императора, уносил подальше от дворца Адзауро, в котором царила какая-то страшная, ощутимо страшная тишина.

– Госпожа, император приказал позаботиться о вас, – уведомил меня носитель.

И, поднеся к императорскому флайту, подождал, пока водитель откроет дверцу, чтобы со всей почтительностью сгрузить меня на сиденье. А после захлопнуть эту самую дверь, отрезая меня от резиденции Адзауро, но оставляя на растерзание тем, кого в императорском флайте быть не должно было – двум гейшам. И, судя по их взглядам, эти двое собирались меня как минимум придушить. Но это как минимум, а по факту такие особы обычно действуют в соответствии с девизом «изуродуем по максимуму», то есть волосенки повыдирать, рожу расцарапать. Идеальное решение проблемы, к слову. Ну потому что император от такого может и разозлится, но в итоге пошкалеванную рожу видеть то еще удовольствие, а значит, вернется к своим красивым кошечкам, как пить дать вернется… И они об этом знали.

– Девочки, – нервно улыбнулась я, – давайте без членовредительства.

Хотя о чем это я – на разговоры гейши настроены не были.

Я быстро активировала сейр и назвала всего одно имя:

«Полудохлый».

Далее последовала короткая схватка, в которой у них, конечно, были более длинные руки и ноги, но у меня все-таки опыт. Травмировать девчонок я не стала, вырубила обеих, а после… ну, гейши, сами напросились.

Когда Полудохлый, взломав защиту императорского флайта, открыл мне дверь с другой стороны от охраны, я как раз добавляла эпичности случившемуся – отрывала куски от халата, порезав руку, оставила следы кровоподтеков, лишилась еще парочки прядей волос… на что только не пойдешь ради дела.

В шоке от моей подставы был даже Пол, узревший масштаб всего этого, но говорить ничего не стал, просто протянул пластырь рану залепить, и мы быстро покинули резиденцию Адзауро, улетев на моем флайте.

* * *Полет занял минут двадцать, во время которых я отчаянно материлась – слишком сильно резанула по руке, вену задела, пришлось гелликс использовать.

В названную гостиницу проникли без проблем, она состояла из отдельных домиков, а перехватить контроль над видеонаблюдением оказалось весьма просто. И когда я постучала в дверь, мне открыла моя идеальная копия.

Смерила меня мрачным взглядом и кратко охарактеризовала:

– Что б ты сдохла!

Ну, Алкеста, она такая, Алкеста.

– На хрена тебе сдалась эта челка?! – бушевала бывшая ночная бабочка, стоя в ванной и отрезая себе волосы точно так же, как у меня.