Когда Данияра чуть отпускает, то он присоединяется к позднему ужину и начинает задавать вполне очевидные для него вопросы.

Для него, но не для меня.

– Решила, когда ты начнешь собирать вещи?

Интересуется вкрадчиво.

Как будто ничего и не было.

Как будто секс между нами – все меняет.

Черт, меняет. Еще как меняет.

– Как только буду готова, – отвечаю честно.

– Трахаясь со мной, ты разве не была готова?

Довольно жестко.

Пытливо.

И грубо.

Вполне в манере Данияра."

"Мне хочется ответить столь же колко, но я понимаю: вступив в перепалку, мы сильно поссоримся.

– Кстати, хочу нанять няню для Миры. Это нам однозначно понадобится, – меняет тему Дан, намекая на удобный секс со мной в любое время.

Я шумно сглатываю, отвожу взгляд и жадно доедаю свой круассан. Квартира выглядит холостяцкой берлогой и в холодильнике здесь уж точно ничего нет.

На свои вопросы муж не ждет ответа, он для себя все давно решил. И для меня – тоже.

– У тебя есть здесь еда? – спрашиваю его.

– Если хочешь, поедем в ресторан или закажу сейчас, – решает он, не моргая.

– Я наелась, – качаю головой. – Я о тебе думаю, чем ты питаешься здесь? И что это за квартира, Дан?

– Перед сном закажу доставку на утро. Приготовим завтрак.

Он подливает мне вино. Немного, еще несколько глотков.

– Я продал дом.

Тяжело.

Его слова звучат тяжело.

Не представляю, как он на это решился. И главное – зачем?

– Ты ведь вложил в него столько сил. И детскую сам делал, – произношу с болью.

– Теперь ты все помнишь. И этот дом будешь помнить вперемешку с тем дерьмом.

Видео с изменой. Похищение. Жестокость Дана. Я, любившая другого.

Наверное, Данияр был прав.

– Большую часть денег вложил в новое дело. На остальные купил нам квартиру. Думал все вложить, но тебя и дочь куда-то надо привезти. Расширять бизнес позже буду, если выстрелит.

Я смотрю на Дана не моргая.

Раньше думала, что ему с легкостью все давалось. Теперь вижу – это не так.

После весны все потяжелело.

– Трешки хватит на время, – размышляет Дан.

Продажа дома крепко ударила по нему, он хотел видеть в том доме большую семью.

Нашу семью.

– Дан, она огромная, – развожу руками, сидя на кровати в его белой футболке. – Я знаю этот район, здесь садик и школа, площадки и центр очень близко. Боюсь представить, сколько она тебе стоила.

Муж молча кивает.

Он и сам знает, что квартира хорошая. Просто ему этого мало.

Ему всегда и всего было мало.

Стремления, власти, денег, работы.

Меня.

У Дана всегда все получалось потому, что ему было мало. Он стремился брать больше. Максимум.

Когда я допиваю вино, Дан больше не дает. Забирает с постели бокалы, раскрошившиеся круассаны и меня – тоже забирает.

В постель следом за собой.

– Да не бойся, – шепчет Дан, когда я напрягаюсь. – Не трону.

Загребущими руками Дан укладывает меня так, как ему угодно.