Хочет полную, но на такую мы нихуя не договаривались, дорогая.

– Ты, видимо, не понимаешь, Настя, – произношу слишком спокойно.

– Чего не понимаю?

– За кем ты замужем. И замужем ли вообще.

– Я не хотела ничего плохого. Мы просто говорили. Минут пять от силы, – начинает злиться.

А затем сдается.

Прижимает ладони к лицу, пряча за ним красивое лицо.

Она накрасилась. Для меня. Платье тоже для меня надела, а вечер в итоге в бездну катится.

Я оказываюсь рядом с ней в три шага. Прижимаю ее тело к себе, она сперва пугается, но затем привыкает и льнет в ответ. Я понимаю, как сильно скучал. Настя тоже.

– Ты – моя жена, – говорю ей тихо. – Так нельзя, Настя. У других, может, можно. Будучи моей женой – нельзя.

Настя кивает еле заметно. Не мирится, через себя идет, потому что понимает, что она заведомо проиграет. Я поднимаю ее голову, вынуждая посмотреть на себя. Ласкаю пальцем ее щеку, опускаюсь к шее и груди. Хочу позволить себе больше, но не здесь.

Я чуть оттесняю ее к перилам и прижимаю к себе за талию, заставляя почувствовать, как крепко по ней скучал.

И с удовлетворением замечаю, как ее зрачки постепенно расширяются, а дыхание становится совсем спутанным. Заканчивается, похоже, свобода. Сегодня ночью точно закончится.

– Поехали отсюда. У нас этой ночью обширная программа, я скучал.

Глава 35

Настя

– Как наша дочь?

Наша.

Наша дочь.

Данияр умело разрушает стену между нами, воздвигнутую временем и ненастными событиями. Он виртуозно напоминает мне, что будет претендовать на Миру.

И ровным счетом собирается претендовать на меня тоже.

– Она славная. Я очень люблю ее, – отвечаю тихо, размышляя о своем.

– Могло быть иначе? – интересуется Дан.

Могло. Наверное.

Это звучит жутко, но в момент, когда Данияр поставил меня в известность, что я беременна от него, а не от другого человека, мой мир перевернулся.

Во мне поднялась ненависть к Дану.

Непринятие ситуации.

Полная отрешенность.

Во время схваток я собирала себя по кусочкам и не могла больше думать ни о чем. Я, как минимум, была не готова. Только когда мне сказали, что мое состояние повлияет на здоровье ребенка, я пришла в себя.

Данияр не хочет слышать мою правду, чтобы не злиться, поэтому меняет тему.

Очень резко, порывисто.

И сразу – в омут:

– Ты вкусно пахнешь.

Я поднимаю взгляд, попадая в плен темных глаз. Серые глаза Андрея и рядом не стояли. Сейчас я отчетливо это понимаю.

– Хочу тебя, Насть. Понимаешь?

Тягучий и цепкий взгляд впивается в мое тело, а рука мужа опускается на мое колено. Я задерживаю дыхание, хотя внутри безумно прошибает все импульсы и выглядеть равнодушно – больше не получается.

– Понимаю, – выдаю послушно.

Хорошо, что ответила сейчас. Дальше, понимаю, уже сойду с ума окончательно.