Но если я не хочу себе отказывать во втором пункте, что делать с первым?

— Дейв, скажи, где находится кабинет Эрика Кларксона? — спросила я у коллеги за завтраком в столовой.

Парень глянул на меня удивлённо.

— Зачем тебе?

— Он и некий Ильфорте определили меня в группу ноль-ноль-девять. Я хочу поговорить о переводе меня в другую группу.

— Ого. С чего бы?

Неопределенно дёрнула плечом.

— Есть причины. Так где его кабинет, знаешь?

Дейв рассказал, где можно найти Эрика, который, как я уже узнала, был сегодня в Генеральном Штабе. Он тут далеко не каждый день бывает, порой неделю отсутствует, а другой расписавшейся в моей ведомости инквизитор по имени Ильфорте — и того реже, так что нужно было ловить момент.

Кабинет Эрика находился на том же этаже, что и кабинет Мориса, поэтому поднималась я туда с опаской. Но в коридоре было совершенно пусто, не считая жужжащей под потолком мухи, и я уверенно постучала в нужную дверь.

— К вам можно?

Мистер Кларксон сидел за столом, что-то очень быстро записывал в толстом блокноте и периодически делал глоток кофе со льдом из стаканчика.

— Чем обязан, мисс Габруа?"

"Голос у него был очень холодный. От этого мужчины веяло опасностью, переходить такому дорогу точно не стоило. Но я, собственно, и не собиралась. Просто спрошу, нет так нет. Но мне кажется, что мне будет лучше работать под чьим-то другим руководством, если хочу каких-то отношений с Морисом. Потому что, украдкой посматривая на него даже в чрезвычайно опасном Дьявольском Ущелье, я с трудом думала о работе. Зато очень живо думала о ласковых ладонях, теплых губах и…

Так, стоять, Флора, деточка, ты уже плывешь.

Вошла в кабинет, поплотнее закрыв за собой дверь. Собралась с духом и выпалила на одном дыхании:

— Я хотела узнать, возможно ли меня перевести в другую группу стажёров? К господину Сивронскому, например? Ну или еще к кому… К кому угодно, лишь бы в другую.

— Вы не справляетесь с обязанностями?

— Нет-нет, дело не в этом, — поспешно заверила я.

— Тогда чем вызвано ваше желание перейти в другую группу?

— Оно вызвано желанием не смешивать рабочее с личным, и непосредственно на работе поменьше контактировать с моим нынешним куратором.

Эрик наконец оторвался от своих записей и глянул на меня странным остекленевшим взглядом. Какое-то время смотрел на меня этим жутким немигающим взглядом, потом моргнул, усмехнулся и кивнул на кресло напротив.

— Присаживайтесь, мисс Габруа.

— Да я лучше постою…

— Я сказал вам сесть, — произнес Эрик таким тоном, что перечить я не стала и быстренько уселась на краешек жесткого стула.