Нарочно сажусь на заднее сиденье, хотя бы так отгораживаюсь от мужчины с таким неприятным колючим взглядом.

Он периодически поглядывает в зеркало внутреннего обзора, и у меня ощущения, будто по мне пробегает насекомое. Неприятное, с цепкими лапками и острым жалом. И очень-очень ядовитое.

В супермаркете складываю в тележку сладости, крекеры и фрукты. Девочкам заколки для волос и резинки, мальчикам носки — это то, что всегда нужно и его всегда мало. Сотников удивленно смотрит, но отмалчивается. Он уже позвонил и доложил Тимуру, что мы везем подарки в детдом, Тим мне не звонит, значит ничего не подозревает.

Заезжаем в ворота, Самурай выходит из машины и открывает багажник, а потом начинает выгружать пакеты. И теперь самая опасная часть моего плана — если меня сейчас назовут по имени, мне крышка.

Мимо бегут мальчишки — мы особо не знакомы, они малолетки, я уже выпустилась. Подзываю их и прошу помочь отнести пакеты директору. Они радостно соглашаются, забирают пакеты из рук Сотникова, а я вижу краем глаза одну из воспитательниц, Эмму Кирилловну, и громко говорю:

— Спасибо, Андрюша, подожди меня, я скоро вернусь.

Он кивает, совершенно сбитый с толку, но при этом даже не пытается скрыть, как счастлив, что можно спрятаться в спасительном салоне автомобиля. Мне становится еще омерзительнее, когда я вижу, как он демонстративно сторонится идущих навстречу девочек. Точно уверен, что все детдомовские заразные и вшивые. Еле сдерживаюсь, чтобы не плюнуть вслед, но вижу, что воспиталка следит за мной, и наоборот ослепительно улыбаюсь.

— Ой, здравствуйте! — «случайно» замечаю ее, тяну губы в улыбке, они скоро до ушей растянутся.

— Здравствуй, Доминичка, — спохватывается Эмка. — Это твой молодой человек?

Ну слава Богу! Сработало! Я радостно киваю и вприпрыжку бегу к Борисовне в кабинет. Она счастлива меня видеть, но мне нужно внедрять план, поэтому тяну ее к окну.

Обманывать Борисовну совестно, но правда ее не порадует, а она мне слишком дорога, чтобы пренебрегать ее чувствами. У меня не так много близких людей, и из всех я выбрала единственного — Тимура. Поэтому тяну ее к окну и говорю:

— Татьяна Борисовна, это Андрей, мой жених.

Он не стал подниматься, мы торопимся, вот привезли детям… — начинаю трещать, а сама мысленно прошу Сотникова: «Подними голову, посмотри на меня, чудовище, ну же! Пожалуйста…»

И о, чудо! Он задирает голову и всматривается в окна. Я машу ему рукой, улыбаясь так, что сводит челюсть, и оттаскиваю Борисовну от окна. Все. Получилось.

— Это его машина? Он хорошо зарабатывает? Где вы будете жить? — сыплет вопросами Борисовна, а я начинаю потихоньку продвигаться к выходу. Моя миссия выполнена.