й, Тимур, — беззлобно отмахивается Демьян, и я удовлетворенно киваю.

Мы каждый сделали то, что от нас требовало мироздание. Я напомнил, как опасно курево для жизни и здоровья, он меня послал. Вот теперь можно и поговорить.

— В палате прослушка?

Демьян с удовольствием затягивается, медленно выпускает дым, а я жду. Не просто же так он поперся меня провожать! Но Демьян любит потянуть кота за яйца, и я делаю вид, что меня вообще не интересует, что он хочет рассказать.

Он правильный мент, если сливает инфу, его обычно мучает совесть, поэтому приходится щадить его самолюбие.

Мне не тяжело, не чужие ведь. И я всегда стараюсь отплатить той же монетой.

В первый раз Морозов меня вытащил из обезьянника, когда мы с пацанами подрались с домашними на дискотеке. Второй — когда обнесли сад в частном секторе. Много головняка я ему доставлял, пока мелким был.

Потом я попал в группировку к Чечену, и Демьян перестал меня отмазывать. Он только делал все, чтобы меня не убили. Я его тоже прикрывал от своих, наш счет с учетом вчерашнего вечера равнялся примерно пятьдесят на пятьдесят.

— У тебя в окружении есть крыса, — наконец-то рожает Демьян.

 — Кто-то стучит на тебя, это началось совсем недавно, Тимур. Будь осторожнее. Под тебя копают и копают не наши.

Он показывает пальцем вверх, и я понимаю, что это госбезопасность. И еще понимаю, как он рискует и подставляется, сливая «крысу».

— Спасибо, Демьян, — я действительно очень благодарен, он отмахивается.

— Нахера мне твое спасибо, ты делай что-то. Мне на кладбище тебе веночки носить неохота.

Ого. Значит, меня хотят не посадить, а убить. Круто. Впрочем, не в первый раз. Я прощаюсь, но Демьян, пожимая руку, удерживает меня.

— Тим, — поднимаю глаза, он смотрит пристально, — ты же мог угореть. Зачем пошел за мной? С твоими деньгами ты с любым из наших сможешь работать.

— А ты что, со мной работаешь? — прищуриваюсь. — И разве за деньги?

— Нет, — качает головой, и я знаю, что это правда. Просто знаю и все, — не поэтому.

— А почему? — теперь я сжимаю руку. Он отворачивается.

— Я… Я тебя усыновить хотел, Тимур, тогда еще. Ты у меня все время перед глазами стоял — такой пацаненок беспомощный, домашний. Но Наташка вплоть до ультиматума отказывалась, развестись угрожала.

Прости, Тим, я до сих пор считаю, что совершил предательство. Лучше б я тебя выбрал, чем ее.

Е…учий случай, а я и не знал. Впрочем, Демьян не просто мент правильный, он мужик правильный, так что ничего удивительного.

— Выдумал! — хлопаю его по плечу. — Кто ж жену на пацана детдомовского меняет? Правильно, что не развелся. И мне в детдоме лучше было, разве бы я стал Талером, если бы был твоим сыном?

— Думаешь? — смотрит недоверчиво.

— Конечно, — убедительно лгу. Потому что так не думаю.