Долго целуемся, затем она отодвигается и нерешительно спрашивает:

— Может, сначала поедим?

Рывком поднимаюсь и ссаживаю ее с колен. Умница моя.

— Правильно, детка, у тебя не будет сил, если ты не будешь есть. И у меня тоже."

"Выжидаю, пока она увлеченно начинает ковыряться в салате и говорю:

— Давай заедем к тебе домой, ты заберешь то, что посчитаешь нужным. Остальное купим.

Она облизывается и согласно кивает.

— Как скажешь, Тимур.

У меня от этого «Тимур» грозится начаться извержение. И не вулкана. Но я сам не хочу здесь, хочу на кровати, раздеть ее полностью и смотреть.

А потом уже не только смотреть. Так что едем сейчас к ней на квартиру, затем мне нужно взять деньги, которые я привезу Саркису за Нику.

То, что Саркису они не понадобятся, знаем мы с Шерханом. Главное, чтобы от этом не узнал Саркис.

* * *Тимур входит первым, обходит квартиру, даже в туалет заглядывает, а потом разрешает войти мне.

— Собирайся, я подожду в машине. Одежду не бери, мы все купим новое.

Я все равно складываю в сумку вещи, паспорт, тапочки и чашку — ее мне девчонки подарили на день рождения, жалко оставлять. А потом меня внезапно осеняет догадка, и я замираю, открыв рот — Тим не попросил показать паспорт, даже не взглянул на вещи.

Он забрал ключи вместе с сумкой, а значит… Значит, он уже здесь был. И он… Он знает?

Трясущимися руками лезу в свой тайник, который устроила в диване — диван старый, с пружинным блоком, изнутри отпоролась обивка, и там я храню свои сокровища. Лаки, фотографию и дневник с признаниями в любви Тиму Талеру.

Сейчас мне все это кажется ужасно наивным и глупым. Мне очень стыдно за мой детский дневник и детские признания. Потому что теперь я знаю, что такое взрослая любовь, у меня до сих пор ощущения, будто во мне твердый член Тима, и я не представляю, что будет, если он прочтет дневник.

Но выбросить его не могу, это уже часть меня, я быстро прячу на самое дно сумки игрушку и дневник с фотографией — спрячу где-нибудь. Кто знает, вернусь ли я обратно в эту квартиру.

В машине мой телефон немного зарядился, как раз хватит на один звонок. Я набираю Борисовну по памяти, в моей телефонной книжке контакты только с работы. Как я понимаю, бывшей.

— Доминика! Как хорошо, что ты позвонила, а я все утро тебе ищу!

Конечно, она звонила, Тимур ее напугал, и она беспокоится.

Меня окатывает волной признательности.

— Здравствуйте, Татьяна Борисовна! Телефон разрядился, все в порядке, не волнуйтесь. У меня все хорошо.

— Доминика, — пауза, и я как наяву вижу, как она поджимает губы, — звонил Тимур, спрашивал про тебя. Он хочет, чтобы ты взяла его банковскую карту. Ты подумай, деточка, тебе ведь нужно учиться…

— Татьяна Борисовна, — перебиваю, — передайте Тимуру, что у меня появился жених. Я скоро выйду замуж.