– Под Марухским перевалом на хребте между ущелий Кизгич и Марухским их десант занял высоту, откуда из шестиствольных минометов простреливает дорогу. Половина посланного для разведки боем взвода осталась там на камнях. Артиллерии у нас нет. Если к завтрашнему дню не вырвемся из капкана, нас попросту растопчут подходящие части «Эдельвейса», имеющие на вооружении даже легкие танки. Наша задача – уничтожить десант, перекрывающий путь к Главному Кавказскому хребту, и выйти на соединение с основными силами. Высказывайте соображения, товарищи. Можно не вставая.

– Разрешите мне, товарищ полковник, – взял слово молодой капитан Седых.

– Я вместе со взводом ходил щупать высотку. В лоб ее не взять. У меня план такой. В тылу высотки находится скала, отвесная часть примерно 70 – 80 метров. К ней в обход немцев ведет овечья тропа, замыкаясь на скале. Предлагаю: создать группу из двадцати бойцов-добровольцев и ночью пробраться туда. Дальше дело техники и удачи. Мы поднимемся на скалу и спустимся с другой стороны в тылу у десантников. Одновременно ударят главные силы...

После детального рассмотрения дерзкий план был одобрен.

Командование группой поручалось капитану Седых.

Прежде чем солнце утонуло в кровавом закате, бойцы были построены. Капитан объяснил создавшееся положение и предложил остаться в строю только альпинистам и спортсменам. После команд «вольно» и «разойдись» в строю осталось двадцать три бойца.

– С такими орлами не то что на горку паршивую залезть – в ад спуститься не страшно, – невольно улыбнулся Седых, глядя на рослые, как на подбор, фигуры добровольцев.

На землю спустилась черная южная ночь. Стояла напряженная тишина, изредка вспугиваемая выстрелами желтых осветительных ракет.

Задачу группы несколько облегчала завеса тумана, плотно стлавшаяся по земле.

– Все готово, товарищ капитан! – подойдя к Седых, отрапортовал старшина Ишимбаев. – У каждого по два запасных диска и три «лимонки».

– Канат проверил?

– Так точно. Ремни связаны железно. Танкетку выдержат."

"Через четверть часа группа выступила. Чтобы не разбрестись в тумане, шли цепочкой, держась за самодельный канат, сделанный из вожжей и кожаных поясных ремней. Южная ночь коротка. Группа спешила.

Наконец и каменный тупик. Над бойцами нависла черная громадина на первый взгляд совершенно отвесной скалы.

– Здесь есть альпинисты? – спросил капитан. – Кто идет первым и выполнит самую трудную и почетную задачу?

Две фигуры выступили из тумана.

– Фамилии?

– Лейтенант Томилов.

– Колокольцев Валерий... рядовой.

– Пойдешь ты. – Капитан с удовольствием рассматривал небольшую, но кряжистую фигуру земляка-уральца.

Когда тот обвязался веревкой и уже хотел начать подъем, Седых тронул его за плечо.