– Ладно, братва! По коням! Матушке-природе должное мы сполна отдали, пора снова с любимого Екатеринбурга причитающиеся нам дивиденды выколачивать. Карат, собери, что мы тут намусорили. Негоже такую милую зеленую полянку обижать. Не простит!

К вечеру, уже окончательно оклемавшись, направил стопы в ДК железнодорожников. Народившийся утром план требовал моего непосредственного прямого участия. Ничего не поделаешь, приходилось суетиться, забыв про обычную свою ленивую аморфность.

Бильярдная находилась на первом этаже. Комната ранее скорее всего была агитационным «красным уголком».

По крайней мере об этом свидетельствовал чудом сохранившийся плакат на стене «КПСС – ум, честь и совесть нашей эпохи». Красная эпоха уже канула в Лету, а атрибутика осталась. Вот после этого и разберись, что жизнеспособнее – первичное или вторичное. Форма или содержание, то бишь.

Комната делилась на две неравные доли. Большую занимали три зеленых бильярдных стола, а меньшую – бар с весьма небедным набором алкогольных разновидностей. В своем новом амплуа помещение стало явно рентабельным. И, несомненно, более полезным для посетителей.

Тех было сегодня около двух десятков. Основная их часть оккупировала стойку бара, предпочитая дегустировать спиртные напитки, а некоторым больше по душе была роль зрителей-болельщиков, наблюдавших за игрой в банально-модную «пирамидку». Костяные шары активно летали по полям всех трех столов, при столкновении друг с другом производя хлесткий звук, немного похожий на выстрел малокалиберной винтовки."

"Я устроился на высоком круглом табурете у стойки и заказал себе литровую кружку «Жигулевского», скользя неторопливым взглядом по лицам присутствующих в поисках нужного объекта.

Как и ожидал, обнаружил его среди игроков. Он был в штатском. Судя по уверенно-непринужденной манере держать кий и холодно-расчетливым серым глазам, младший лейтенант Кожевников не только в выбивании показаний, но и в настольном спорте был истинным докой.

Мою скромную персону опер уже тоже благополучно засек. Убедившись в этом, я равнодушно отвернулся от игроков, всецело занявшись своим пивом. Ждать пришлось совсем недолго.

– Не желаете, Евгений Михайлович, партийку раскидать? Можно без интереса, не на деньги, – услышал я за спиной насмешливо-вкрадчивый голос.

Глупо переигрывать я не стал и неторопливо-спокойно повернулся к районному оперу:

– Нет, дорогой Владимир Петрович, о вашем мастерстве наслышан и напрасно испытывать свой фарт желания не имею.

Младший лейтенант взгромоздился на соседний табурет, старательно делая вид, что и не удивлен вовсе.

– Догадываюсь, откуда ветер дует, – обронил он, заказав себе сто пятьдесят граммов «Смирновской».

– А я и не сомневался в ваших умственных способностях.