Клитор набух и как горошинка, налился кровью и темнее чем губки. Алина стонет, хнычет, ее руки блуждают в моих волосах растрепав прическу, но мне плевать, а от этого кайфую.

Поднимаюсь с колен, отстраняюсь от девушки, она раскраснелась, смотрит своими гигантскими глазищами, не понимает, почему я прекратил. А я готов порвать на ней это платье, но боюсь испугать мою пугливую зайку. Медленно расстегиваю ремень на брюках, расстегиваю рубашку и снимаю ее, Алина следит за каждым моим движением. В глазах горит страсть и желание, это возбуждает еще сильнее, хотя куда уж больше. Член налит кровью, яйца уже звенят от желания.

Я снимаю брюки, а Алина не двусмысленно смотрит на член, спрятанный в трусах, который отчетливо видно не смотря на по- прежнему одетые на мне боксеры.

Подхожу к девушке и целую, на этот раз нежно и мягко. Она подставляет для поцелуя губы, шею, всю себя. Я беру ее руку и ложу на член, она вся напрягается, но проводит рукой по стволу члена, прощупывая его через ткань.

Все, сил моих больше нет. Я уже не могу быть медленным и нежным. Подхватываю Алину под попу и несу к кровати, при этом целуя Алину в губы, которые уже припухли от наших поцелуев.

Ставлю ее перед кроватью, и беру за подол ее  платья, снимаю его с девушки. Она в одном лифчике стоит передо мной, страсть в ее глазах сменяется смущением. Я продолжаю ее целовать, и расстегиваю лифчик, легонечко толкаю ее на кровать, она плюхается на попу, а сама во все глаза смотрит, как я снимаю боксеры. Член стоит торчком и у Алины от удивления слегка расширяются зрачки, не знаю, сколько у нее было любовников, но то, что она видит, ей нравится. Она отползает дальше по кровати, а я как хищник нависая над ней.

– Ты готова?– спрашиваю я.

Она судорожно сглатывает и кивает. Моя ж ты девочка сладкая."

"Развожу ей ноги и устраиваюсь между ними. Целую девушку, спускаюсь ниже, посасываю кожу на шее. У кого-то завтра будут засосы точно, надо полегче. Начинаю ласкать  большую пышную грудь, соски торчат вверх, ореолы большие и темные. Я беру сосок в рот, и посасываю его, Алина выгибается в спине и стонет. Отпускаю сосок и дую на него, и вижу мурашки на коже девушки, после чего снова беру сосок в рот и прикусываю. Алина пытается сжать бедра, но я не позволяю, отпускаю грудь и беру член в руку, провожу набухшей головкой по половым губкам девушки.

Алина широко открывает глаза и следит за моими действиями, и я резко вхожу в нее. Тесная, горячая, мокрая, и только моя. Я двигаюсь в Алине, а она уже не стонет, кричит подо мной. Это лучшая музыка для моих ушей, крики удовольствия моей девочки.

Она такая тесная и горячая, что я долго не выдержу. Но вот я чувствую, как тело Алины сначала напрягается, а потом начинает мелко сотрясаться. Она выгибается еще сильнее, запрокинув голову  и замирает.