Может, судья Ситон прав и ей не следовало столь вызывающе вести себя в ресторане? Но ведь уже тогда она уловила отчетливые сигналы тревоги и поступила так, как подсказывал инстинкт, вместо того чтобы прислушаться к голосу здравого смысла и логики.

Почему-то нынче вечером Селина места себе не находила. Обычно ее радовало одиночество. После суматошной неразберихи в доме приемных родителей, где, несмотря на их доброту, девочка всегда ощущала себя чужой, она от души наслаждалась покоем и тишиной собственного гнездышка. На полке выстроились книги, купленные еще в Оксфорде. На антикварном комоде, приобретенном по случаю и любовно отреставрированном, выстроились милые сердцу безделушки. Под окнами раскинулся садик. Большинство соседей Селина знала в лицо, приветливо здоровалась при встрече, но не более того. Вот о такой жизни она и мечтала: в уединении, подальше от любопытных глаз и навязчивых расспросов.

В университете Селина грезила о том, чтобы пойти по стопам отца, но, разумеется, это не представлялось возможным. Для того чтобы выучиться на барристера, требовались деньги, и немалые. Хотя научный руководитель советовал ей поработать в юридических отделах производственные фирм, предложение девушку не заинтересовало. Без специального образования она так и останется девочкой на побегушках.

Селине хотелось не этого. Залы суда, упорядоченный, внушающий почтение мир закона и правопорядка — туда, и только туда стремилась она всей душой! Вот почему Селина довольствовалась должностями более низкими, не соответствовавшими ее уровню образования и подготовки. Что угодно, лишь бы дышать любезной ее сердцу атмосферой!"

"Работать под руководством отца было и отрадно, и горько. Селина давным-давно отказалась от подростковых мечтаний завоевать его восхищение и любовь. Обида на отца-предателя сгладилась с годами, но боль по-прежнему давала о себе знать. Самый близкий человек на свете всякий день видится, говорит с нею, но не узнает!

Усталая и издерганная девушка с нетерпением ждала выходных. Однако, когда в воскресенье утром позвонила Сузан Ситон и пригласила на ланч, Селина готова была признать, что одиночеством сыта по горло.

Как она и предполагала, гостей собралось немало. Сузан обожала шумное общество. Как-то само собою вышло, что Селина разговорилась с приятной дамой средних лет, которая тоже пришла одна, без спутника.

— Сузан слишком занята, чтобы нас познакомить. Может, справимся сами? Я — Далей Грешэм, — представилась она.

Девушка вздрогнула от неожиданности.

— Селина Торн, — назвалась она, жалея, что заговорила именно с этой гостьей.