Минёр ручку подрывной машинки крутить стал, с воем и шумом, потом вращать бросил и палец к кнопке поднёс. Паровоз уже на мост въехал, пошёл первый вагон.

– Рви! – скомандовал командир.

Взрыв был мощный. Пламя, лёд дрогнул, по ушам мощно ударило. Фермы моста вниз рухнули, паровоз в воду полетел, за ним вагоны. Ледяная вода в раскалённую топку попала, ещё один взрыв.

– Уходим! – закричал лейтенант.

Минёр подрывную машинку в «сидор» затолкал. А лёд от удара стал трескаться, вода на него выступила. Вагоны по инерции всё ещё ехали, падали в реку, поднимая тучу брызг.

Разведчики побежали от подступавшей воды. Настроение у всех бодрое. Как же – удалось без потерь взорвать стратегически важный мост, выполнить задание."

"В штабе партизанского движения диверсантов не было, в основном партийные работники. Сначала они объявили рельсовую войну. Партизаны стали подрывать рельсы на перегонах. Толку от таких диверсий было мало, шумихи в советских газетах много. Заменить кусок разорванного взрывом рельса недолго, даже весь рельс. Мост – совсем другое дело, для его восстановления надо изготовить новые фермы, доставить к месту ремонта, что в условиях войны непросто, смонтировать.

Времени, средств и сил уходит много, ибо для монтажа нужны краны большой грузоподъёмности. Опытный диверсант П. Судоплатов подсказывал штабу партизанского движения, как действовать надо, не прислушивались. Илья к политработникам относился с недоверием. Провести собрание, воодушевить массы на сопротивление врагу – это они горазды. Но что-то Илья ни разу не видел горластых агитаторов на передовой. Коммунисты возглавляли военные штабы, учреждения, но в работе руководствовались «классовым чутьём», как тогда говорили, а профессиональных знаний было мало. Да и откуда знаниям взяться, если заканчивали партшколы, а не институты или университеты?

Для разведгруппы теперь важно добраться до своих, что непросто. Почти сто километров по чужим тылам зимой – не фунт изюма. И ГФП, и гестапо землю рыть будут в поисках диверсантов. Главная задача для РДГ – уничтожить следы. На запорошенном снегом льду это невозможно – следы чёткие, а ещё у моста и множественные, по которым можно определить количественный состав группы. Это уже немного позже построились цепочкой, шли след в след.

И по реке шли недолго, так как впереди автомобильный мост показался. Мост небольшой, бревенчатый, но и на таком охрана может быть. Группа залегла, командир выслал к мосту разведчика. Его задача – снять охрану, если есть. Разведчик прополз немного и пропал из виду, слился со снегом в своём белом маскировочном костюме. Через несколько минут раздался свист, громкий, разбойничий.

– Свободно, вперёд!

Охраны на мосту не было никакой: ни немцев, ни полицаев из славян.