Наблюдаешь, в каком месте скорость у поездов меньше всего, цепляешься. А мы ночью на льду у моста ждать будем.

Илья обратился к разведчикам:

– У меня две лимонки, ещё четыре нужны и кусок сала.

– На святое замахнулся! Своё сало иметь надо, – возмутился Шепитько.

– Мне не есть, рельсы смазать.

– Кощунство!"

"Для Шепитько, украинца, сало – продукт важный, почти стратегический, а тут рельсы мазать, но залез в «сидор», достал шмат солёного сала, со вздохом отрезал кусок с ладонь размером. Взвесил на руке – не многовато ли? Отдал Илье, всё же для общего дела. Илья сало в «сидор» определил, вещмешок на плечо набросил и вышел.

Железнодорожную насыпь слева держал, через час ходу показался первый поворот. Илья подобрался поближе: надо было оценить скорость движения поездов. Не переоценил ли он свои силы? Раздалось тяжёлое пыхтение паровоза, потом показался и сам локомотив из-за подъёма, за ним платформы с битой техникой, накрытой брезентом. В полевых мастерских немцы выполняли ремонт несложный – заменить разбитый снарядом каток, изношенные фрикционы, заменить пулемет. А работы посерьёзнее выполнялись на заводах в тылу – в Чехии, в Германии. Мало приспособлена немецкая техника к ремонту в полевых условиях. Например, Т-V «Пантера» для ремонта двигателя со снятием его с танка требует снятия башни, а она почти восемь тонн весит, не всякий кран осилит, только стационарные, козловые.

Очень ремонтопригодной оказалась американская техника, поставляемая по ленд-лизу. Любой агрегат или узел в полевых условиях поменять не проблема.

К моменту, как эшелон взобрался на небольшой с виду подъём, скорость упала до тридцати километров. Чрезвычайно мало для любой техники – паровоза, автомобиля – и слишком много для человека.

Хорошо бы состав потяжелее был, тогда скорость меньше будет, а если ещё салом рельсы на подъёме смазать, тогда шансы есть. Рельсовый путь – однопутка. Один-два поезда на Касторное идут, потом в другую сторону, на Курск.

Которые на Касторное идут, Илью не интересовали, они мост уже проехали. Поезда шли с промежутками в четверть часа. Не сказать, что движение оживлённое, но каждый поезд две – две с половиной тысячи тонн груза везёт. Если состав наливной, то такого количества бензина на большое наступление хватит.

После двух поездов в сторону Курска прошла автомотриса с солдатами, смена караула на мост. Потом прошли три поезда на Касторную, к фронту. Покрытые брезентом танки и пушки, пассажирские вагоны для личного состава. Илья смотрел с ненавистью и завистью. С комфортом немчура воевать едет, в тёплых вагонах. А наши бойцы – в теплушках, с надписью «Восемь лошадей или сорок человек».

Приближался вечер, начало смеркаться. Илья пополз к насыпи, ощупывая перед собой землю.