Пока ехали в разведотдел, полковник расспрашивал, как действовали. По приезде Илью отвели в отдельную комнату, усадили за стол.

– Пиши подробно, с привязкой по месту и времени. Закончишь – отнесёшь докладную записку начальнику отделения. По погибшим – видел ли сам, где, когда.

Илья устал, хотелось есть и спать, но приказ надо исполнять. Постарался припомнить каждые сутки, ведь большая часть действий происходила не днём, а ночью. Старался с подробностями, а получилось всего на два листа, правда, почерком убористым. Пробежал глазами написанное, отнёс в отделение. Думал – сейчас пойдёт на кухню, там всегда оставляют покушать для караульных, подхарчится.

Ничего подобного! Начальник отделения бегло прочитал текст:

– Несвязно! Иди, пиши ещё раз и ошибки учти.

Не любитель материться Илья, но пока шёл в отведённую комнату, выражался семиэтажным. Да ещё хотя бы текст остался, который отдал. Опять написал, потратив час. Снова отдал написанное. Начальник хмыкнул, не читая, положил в папку.

– Свободен, Сафронов. Далеко от отдела не отлучайся.

Илья сразу в столовую. За писаниной завтрак уже прошёл, но сжалились повара: получил макароны по-флотски и компот из сухофруктов – редкость на фронте большая.

Пришёл в землянку своей роты, разделся, и спать. Ни разговоры сослуживцев не мешали, ни артобстрел. Это звуки привычные.

К вечеру проснулся, на соседнем топчане Архангельский сидит, на левой руке гипс до локтя.

– Силён же ты спать, Сафронов.

– Как же, силён! В девять часов только лёг. Два раза заставили докладную записку переписывать.

– Так и я так же. И ошибок там не было. Старый способ, ещё от царской охранки переняли. Человек два-три раза про одно событие пишет, если врёт, будут расхождения.

Давай выпьем, у меня бутылка «Казёнки».

Глава 7

«Под откос»

Илью неделю не трогали, а Архангельскому предоставили отпуск по ранению, к родне уехал. С началом декабря насыпало снега, ударили морозы. Командование собрало новую группу. Командиром лейтенант Воробьёв, в состав, кроме Ильи, ещё пять человек входило. Зиму разведчики не любили. Иной раз неподвижно лежать часами приходилось: отморожение щёк, пальцев ног часто случалось. А хуже всего следы на снегу. Незаметно к объекту не подберёшься.

Охрана обходы делает, следы вмиг обнаружит. Да ещё задание серьёзное: взорвать мост железнодорожный, понятное дело, с эшелоном. Просто мост взорвать проще – снял охрану, заложил взрывчатку и беги. А с эшелоном мало взрывчатку заложить, надо дождаться поезда и взорвать тротил под паровозом, в крайнем случае под первым вагоном. Тогда весь эшелон в реку слетит, ущерб максимальный. Зимой многие дороги снегом занесло, непроезжие стали. Основные автомагистрали чистили, но главными в снабжении оставались железные дороги.