Резкая атака в голову тройкой ударов, удар ногой в область колена, попытка захвата руки – все я принял на жесткий блок, не двинувшись с места. Скукота. Я чуть не зевнул. Опять удар в лицо, отклонился и ударил пальцами в точку чуть выше локтя. Все, рука больше не работает, а еще это жутко больно. Со слезами на глазах она отскочила от меня и, кинув взгляд на стеллажи с холодным оружием, схватила в левую руку меч, атаковала резкими колющими ударами. Я все так же уклонялся, не сходя с места, иногда принимая меч на скользящий блок, с интересом следил за техникой. Все было хорошо – и скорость, и сила ударов, если бы не одно «но» – шаблон.

Все связки носили завершенный и отточенный до автоматизма шаблон. Никакой импровизации, все легко просчитывалось. Еще до нанесения удара я видел, что и как она сделает. Наконец, поняв, что узнал достаточно, я просто перехватил меч возле гарды, сделав шаг чуть вбок, пропуская его мимо себя, легкий толчок в спину – и она опять летит на пол. От удара меч отлетел в сторону. Она резко вскочила, потом посмотрев на меня, уселась на пол и заревела. Тяжело вздохнув, я положил меч на стойку с оружием и, подойдя к ней, присел рядом.

– Ну, и чего ревем?

– Я, я, я десять лет тренировалась, дважды выиграла чемпионат Твери по рукопашному бою и один раз имперский, готовлюсь к чемпионату мира, а ты, ты даже не бил, просто стоял со скучающей рожей, как будто от назойливого комара отмахивался, – повсхлипывала она и заревела еще сильней.

– Эх, дуреха, – приобняв ее и достав из кармана платок, стал вытирать ей слезы. Она попыталась вырваться, но я держал крепко. – Я много лет тренировался у лучшего в мире воина-характерника. И он очень жестко вбил в меня свою науку, за каждую оплошность я отделывался шрамом на теле.

– И много их было, оплошностей? – ехидно спросила она.

В ответ я молча встал и стянул с себя майку. Увидев мое тело, все изрисованное мелкими шрамами, она от удивления открыла рот.

– Много, – ответил я, натягивая майку.

– И это не все, остальные показывать не буду, мы не настолько близко знакомы, – улыбнулся я.

В этот момент зал взорвался аплодисментами. Смущенно оглядевшись, я увидел, что кроме парней и Лины, в зале стоял какой-то мужчина в тренировочной одежде.

Мужчина, подойдя ко мне, поклонился на восточный манер.

– Мастер, – сказал он, – окажите честь провести тренировочный бой со мной.

– Ограничения? – коротко спросил я.

– Желательно ничего не разрушить.

– Принимается.

Кулаки соперника вспыхнули огнем, и, мгновенно сократив дистанцию, он нанес серию ударов по корпусу и голове, постоянно двигаясь по кругу. Привычно выпустив часть силы и преобразовав ее в воздушный доспех, я, прикрывшись руками, сделал два шага назад, отвечая на каждый его удар встречным ударом рукой.