Медленно я спустилась обратно в бар, радуясь, что Киллер ушел и что толпа после боя значительно поредела. Пока я хочу придерживаться своего плана, мне нужно сохранить эту работу. Это был мой единственный способ приблизиться к Киллеру."

"Только я ужасно боялась, что он будет находиться рядом со мной после того, что я увидела сегодня.

В течение следующих двух дней я работала в баре под землей, который считался слишком тесным для работы — что меня вполне устраивало.

Я не видела Киллера в свою смену, но не могла избавиться от ощущения, что кто-то преследует меня. Я расспрашивала о нем Бритт и еще нескольких официанток, пытаясь понять, как лучше всего обратиться к нему со своей просьбой, но они были уклончивы, только усиливая мое беспокойство по этому поводу. Когда ночью я возвращалась домой, я чувствовала чье-то присутствие в тени, знала, что за мной наблюдают, по тому, как встают дыбом маленькие волоски на моей шее.

Я никогда никого не видела, но в глубине души знала, что это он. То, как он смотрел на меня после боя… как лев, выбравший единственного гну из многотысячного стада, казавшегося слабым.

На мой четвёртый рабочий день было уже около полуночи, когда атмосфера в баре изменилась, стала пугающей. Мои глаза обшаривали помещение, пока источник беспокойства не оказался в центре моего внимания. Он. Киллер.

Сегодня он был не без рубашки, а в обтягивающей чёрной футболке скрывавшей множество его шрамов и татуировок. Это не делало его менее внушительным. Его темные глаза остановились на мне и не двинулись дальше.

Мои руки задрожали, кубики льда в стакане начали звенеть друг о друга. Я быстро поставила стакан на поверхность, опасаясь, что иначе уроню его, и посмотрела вниз, подальше от мужчины, который одновременно пугал и очаровывал меня.

Краем глаза я заметила, что он приближается, и люди на его пути почти благоговейно расступились. Затем он встал прямо перед стойкой бара, ожидая, когда я посмотрю вверх. Собравшись с духом, я подняла лицо с дрожащей улыбкой:

— Что я могу предложить?

Мой голос был слишком приглушен, недооценен тревожной дрожью.

Киллер посмотрел на мое раскрасневшееся лицо. С трудом удалось удержать его проницательный взгляд.

— Виски. Чистый.

Небольшой холодок пробежал по моему телу от его грубого, глубокого голоса. Даже это таило в себе опасность.

Я поспешно кивнула и потянулась за бутылкой виски.

— Слышал, ты спрашивала обо мне.

Мои пальцы сжались вокруг бутылки. Я поставила ее на стойку и принялась наливать содержимое в стакан, обдумывая, что сказать.

— Да, спрашивала, — сказала я, протягивая стакан Киллеру.

Он проигнорировал, полностью сосредоточившись на мне.

— Зачем?

Это слово звучало, как требование, а не как вопрос.