– Шаготта? – чуть более настойчиво позвал преподаватель, и мне пришлось выплыть из своей пучины отчаянья.

– Все в порядке? – Обеспокоенный взгляд, и я постаралась нацепить более довольное выражение лица."

"– Все отлично, – сделала попытку улыбнуться я в ответ. В конце концов, в этой неудаче никто, кроме меня, не виноват. Это мне надо было смотреть, кому вручаю.

– О какой помощи вы говорили? – снова спросил он.

– Ну, – потянула я, пытаясь придумать отмазку, – вы договорились о пересдачах для меня. Если бы не ваша помощь, я бы не смогла закрыть предыдущий семестр, – нашлась я.

– Тогда мне стоит ждать паломничества всей остальной группы должников? – слегка усмехнулся он.

– Нет, я одна такая ответственная, – улыбнулась я в ответ.

– Идемте, – внезапно произнес магистр. – Раз уж вы, судя по запаху, обеспечили нас десертом, я со своей стороны просто обязан предоставить нам чай.

– Ой, не стоит, – стала упираться я.

Все же пить чаи со своим преподавателем, да еще и взрослым мужчиной, это как-то…

– Идемте, – все же настоял он и утянул меня к себе в кабинет.

И вот я сижу в знакомом кресле, в котором еще пару месяцев назад меня отчитывали, и наблюдаю, как магистр Двэйн нарезает приготовленный мною пирог. Приготовленный не для него! И такая печаль-тоска меня берет от несправедливости этой жизни.

– Шаготта, вы что, плачете? – Вопрос магистра показал, что внутри удержать разочарование не удалось.

– Это я от счастья, – пробормотала я, поспешно доставая из кармана платок и стирая предательские капли.

– Счастья? – недоверчиво переспросили у меня.

– Что хоть кто-то распробует мою стряпню, – постаралась оправдаться.

Мгновения молчания, после чего осторожный вопрос:

– У вас какие-то проблемы с готовкой? – И теперь настороженный взгляд достался пирогу на столе.

– У меня проблемы с дегустаторами, – вполне искренне обиделась на подобное недоверие, – а готовлю я отлично.

– Конечно, конечно, – поспешил оправдаться преподаватель, а может, просто побоялся, что я еще разревусь здесь. А мужчины, как известно, женских слез не выносят. Даже, как оказалось, счастливых.

Несмотря на все уверения, пирог резали с какой-то настороженностью – как будто он взорвется вот-вот. И я за этим процессом наблюдала с внутренней усмешкой.

Все с той же недоверчивостью магистр явно ждал, что я первая попробую свое творение, видимо, просто чтобы убедиться: травить я его не собираюсь. А я невозмутимо прихлебывала чай и делала вид, что изучаю обстановку, ожидая кульминации. И вот случилось: мужчина, очевидно, не выдержал моего несчастного взгляда в сторону кусочка лежащего перед ним (хотя вздыхала я, по правде говоря, от того, что не тому он достался) и все же рискнул.