Его как раз худо-бедно отремонтировали, по крайней мере, все окна были на месте и чистые. На крыльце курил молодой немецкий солдат, он проводил Лизу заинтересованным взглядом, заступил Ольге дорогу.

– Куда? – спросил и, кажется, приготовился оттолкнуть.

– У меня есть приказ господина фон Клейста, – Ольга чеканила каждое слово, смотрела паршивцу прямо в глаза. – Мне нужно распорядиться начет питания для прислуги.

Это то, что она сказала вслух.

– Сойди с дороги, щенок. И больше не смей путаться у меня под ногами! – Это то, что она подумала, потянув за невидимую петельку.

Солдат дернулся, выронил недокуренную папиросу, отступил в сторону, пропуская ее внутрь.

Внутри было тепло и пахло едой. Можно сказать, кухню она нашла по запаху. Это была просторная комната с печью, длинным наспех сколоченным столом и такими же лавками. У печи возилась тощая, невысокого росточка женщина.

– Чего приперлись? – сказала она, не оборачиваясь. – Еще полчаса до обеда! Ишь, повадились раньше времени, ироды…

– Тетя Шура, – голос Лизы испуганно дрогнул. – Тетя Шура, я вот тут привела…

– Добрый день.

 – Ольга подошла к печи, сверху вниз посмотрела на повариху. Не местная, не из Видова. Боевая, хоть и мелкая. Боевая и бесстрашная. Опасно бесстрашная для этого страшного места. – Меня зовут Ольга Владимировна…

– Я знаю, – Шура не дала ей договорить. Крайне невежливо и крайне неразумно. – Помощница хозяйки. – На Ольгу она глянула с раздражением.

– И ваша новая начальница. – Нет, ей не хотелось ставить на место эту маленькую смелую женщину. Ей просто хотелось пригасить пожар. Как и в случае с мальчиком Севой.

 – Сегодня в усадьбу приехали новые работники.

– Лизка, это те городские шалопаи, что ли? – Шура смотрела только на девочку, Ольгу игнорировала. Ох, не получается гасить пожар одними только словами. – Приехали, помощнички! Толку от них. Я вот…

Теперь уже не договорила она, потому что Ольга встала напротив, сказала тихо, но требовательно:"

"– Посмотрите на меня, Шура. Посмотрите и запомните все, что я вам сейчас скажу. Работников, которые прибыли в усадьбу, нужно кормить три раза в день. Это теперь ваша прямая обязанность.

И, пожалуйста, организуйте график приема пищи так, чтобы работники и солдаты не пересекались. Вы меня понимаете?

Шура молча кивнула, а пожар в ее душе поутих. Это хорошо. В первую очередь, для нее самой.

– Солдат я буду кормить через полчаса, а потом уже этих… работников, – сказала она по-прежнему ворчливо, но уже с едва различимой ноткой уважения. Или это не уважение, а страх? Плевать! Пока главное, что слушается.

– Прекрасно! – Значит, мы придем на обед через час.