Только руки вымыл, прежде чем сесть за стол. С собой дед Гонро принёс на этот раз две сардельки и небольшой хлебец. Примерно с четверть привычной буханки. Разрезав пополам и хлеб, и сардельки, соорудил два бутерброда. В один из которых тут же впился зубами и начал энергично жевать.

— Ешь давай.

Удивлённая такой резкой переменой в обращении, я не стала спорить, просто пожелала приятного аппетита и заняла место напротив.

Наскоро расправившись со скромным ужином, дед Гонро выплеснул из чайника остатки кипячёной воды так, чтобы нам обоим хватило.

— Поживее давай…

Я чуть не подавилась.

Прожевав последний кусок, запила водой. Сдерживая изо всех сил рвущийся наружу кашель, наконец, рискнула спросить:

— Дед Гонро, что-то случилось? Я могу хоть чем-то помочь?

— Можешь. Если быстро соберёшься и не станешь задавать лишних вопросов. Король долго ждать не любит…

Сердце пропустило удар. Неужели придётся явиться к нему уже сегодня? И не просто сегодня, а прямо сейчас… Дед Гонро предупреждал, что это рано или поздно случится, даже заметил, что лучше бы встреча произошла как можно раньше… Но я всё оказалась не готова к такому.

Что мне известно о Короле? По сути — ничего. Дед Гонро лишь вскользь о нём упомянул без каких-либо подробностей. Я даже не знаю, является ли Король главным над Просящими или властвует над всей тёмной стороной города. Специально ли дед Гонро не посвятил меня в эти тонкости или просто не успел? Я быстро привела себя в порядок, побрызгав на помятое лицо водой и пригладив торчащие после сна волосы. Переплетать косу было уже некогда.

Дед Гонро молча вёл меня нескончаемыми коридорами, а едва поталалась задать вопрос, как захлёбывалась кашлем от быстрого шага, переходящего практически в бег.

Поэтому ничего не оставалось, как не отставать от старика, чтобы не потеряться в этом безумном лабиринте. Что он ещё мне говорил? Выиграть время? То есть сыграть на плохом состоянии из-за болезни? В принципе, мне и притворяться особо не нужно, ещё минут десять такой бешеной гонки, и я замертво свалюсь. Останется лишь оттащить до местного кладбища и присыпать землёй.

Наконец, перед очередным поворотом дед Гонро притормозил и, обернувшись коротко произнёс:

— Не вздумай врать или юлить — не любит.

Я кивнула в ответ, а затем мы свернули и оказались перед высокими двустворчатыми дверями, ведущими в какой-то зал. Вопреки моим ожиданиям потолки тут оказались очень высокими, словно в каком-нибудь храме. Всё свободное пространство было забито Просящими. Старики, дети, мужчины и женщины… Все в лохмотьях, с сумками или котомками. Кто-то стоял, кто-то сидел прямо на полу ввиду отсутствия нижних конечностей.