Дворецкий бросил на меня короткий взгляд, постучал в дверь у которой мы остановились и получив приглашение войти, скрылся за ней. Спустя несколько секунд из комнаты выскочил герцог. Мужчина был полностью одет, а в руках держал перо с кончика которого на пол упала капля чернил. Вероятно, мы у кабинета Его светлости, а не у спальни, и не потревожили его сон.

– Что случилось?

– Деревня горит, Ваша светлость! – Все, я больше не могла сдерживать слез. Мне было страшно, а сейчас стоя рядом с мужчиной от которого так и веяло уверенностью, я почувствовала себя маленькой, слабой, и ни на что неспособной.

Герцог думал несколько мгновений. Быстро отдал перо дворецкому и побежал на выход.

– Одну минуту, – бросил через плечо, когда мы выскочили на улицу.

Он вернулся быстро, вместе с ним еще трое мужчин, и все мы отправились в деревню. Энвер не спросил, как случился пожар, а еще всю дорогу держал плачущую меня за руки.

– Тони сейчас соберет людей, они все приедут на помощь, не волнуйся. Мы справимся, слышишь? Пожары – не редкость, это страшно, но не непоправимо.

Я слушала его вполуха и не могла поверить, что герцог лично едет спасать мою деревню! Хавьер в нем ошибался, это радовало.

Все, что происходило дальше, для меня было словно не по-настоящему. Я наблюдала со стороны как к деревне съезжаются повозки с мужчинами, они несли с собой бочки с водой, грабли, лопаты, и все ринулись сдерживать стену пламени которая подбиралась к домам все ближе.

Повсюду царила паника, которую наводили женщины и дети. Они плакали навзрыд скучковавшись у одного из домов, и не сразу заметили, как этот самый дом охватило пламя. Сначала затрещала крыша, мужики кричали чтобы мы отошли подальше, и стоило мне увести женщин в сторону, как огонь перекинулся на стены и забор.

Все происходило словно в замедленной съемке, дышать из-за дыма становилась сложнее, но женщины никак не хотели уходить от пожара дальше. Они волновались за своих мужей и я их понимала."

"Вот уже несколько часов я смотрела, как герцог, скинув жилет и закатав рукава рубашки борется с огнем. Он наравне со всеми таскал ведра с водой, копал траншею, и уже глубокой ночью, когда ветер стих, а поле полностью сгорело и пламя погасло, Его светлость свалился в траву от усталости, так же как и остальные мужчины.

– Прежде чем раздавать советы, узнайте, работают ли они!

Я обернулась на злой голос и увидела перед собой Тимона. Старик был с головы до пят испачкан в саже, а в глазах блестели слезы. Только тогда до меня дошло – дом, что сейчас догорал с громким треском, принадлежал ему.

– Тимон, я не…

– Что “не”? Не подумали? Нельзя давать бабам в руки власть! Это еще Марья доказала! При графе никаких бед не случалось!

Тимон сплюнул мне под ноги и ушел, а я стояла хватая ртом воздух.