– А для меня там найдется? – мужчина кивнул на сундук, не отводя от меня взгляд.

– Эм… Хавьер? Сколько мы должны господину?

Дворецкий покачал головой.

– Фаго, вы не жили в графстве последние пять лет, а ранее все выплаты были произведены. Боюсь, что мы вам ничего не должны.

– А я считаю по-другому. Марья откинулась, а рассказать обо мне забыла?

Мы с Хавьером переглянулись. И если я этого Фаго вижу впервые и не могу знать о его делах с моей бабушкой, то удивление дворецкого заставило меня нервничать.

– Кем вы работали у Марьи до того как покинули графство? – спросила я, присматриваясь к мужчине. Выглядел он несколько иначе чем другие жители, одежда была получше, и руки с аккуратным маникюром.

– Еще одним помощником, – ответил мне почему-то Хавьер. – Много лет назад он был принят на работу графом Де Монпас. После кончины Его сиятельства Марья оставила господина Фаго на этой должности, но спустя несколько лет он уволился и уехал в столицу.

– Благодарю, – усмехнулся Фаго.

– Тогда я ничего не понимаю… Вас рассчитали по увольнению? – я нервничала. Нас тут просто напросто грабят!

Мужчина повернулся к Айре и взглянул на нее так зло, что она тут же откланялась и вылетела на улицу. Одним движением вытащил из нагрудного кармана пожелтевший лист бумаги, развернул и передал его Хавьеру.

– Не может этого быть…

– В чем дело? Хавьер?

Дворецкий кинул на меня быстрый взгляд, вернул листок Фаго и проговорил.

– Фаго Де Монпас… Единственный сын графа, рожденный от…

– От дамы легкого поведения, – пожал плечами Фаго.

– Но почему раньше о вас никто ничего не слышал?

– О, тут все просто. Мне хватало тех денег, что отец платил мне за молчание. А потом и Марья, она была щедра. Но сейчас насколько я понимаю ни отца, ни Марьи нет в живых, а деньги ведь не резиновые, они имеют свойство заканчиваться. Что же, если так, то мне придется запросить право на наследство…

– Стойте! – я облизнула пересохшие губы. Этого мне еще не хватало! – Сколько вам платили?

Мужчина заметно повеселел, довольно улыбнулся.

– Сотню золотых в месяц. Но дело в том, что сейчас у меня есть жена и ребенок, и денег уходит еще больше, так что… Договоримся о двухста.

– Сколько?! – Хавьер захлопнул крышку сундука.

– Отсчитай ему две сотни, Хавьер. – Я начинала злиться. Понимала, что граф Де Монпас также был вынужден платить Фаго за молчание, но почему он не признал своего сына? Побоялся позора?

– Алина…

– Хавьер! Отсчитай.

Дворецкий больше не стал спорить. Фаго на колени упал набитый золотом мешочек и мужчина поднялся.

– Доброго дня, и до следующего месяца.

Быстро поклонился и вышел на улицу.

– Ты не знал об этом, верно?

Хавьер покачал головой.

– Мне кажется, я вообще не был в курсе всего что реально происходило в замке.