В погребе оказалось темно, благо Хавьер взял с собой свечи и их света хватало на то, чтобы осветить несколько стеллажей.

– Самые дорогие вина находятся в конце помещения, идем вон туда, – мужчина мягко подтолкнул меня влево и пошел позади, чтобы освещать путь.

Впереди, среди нескольких пузатых бочек, показался небольшой деревянный стеллаж и на его полках пылились двадцать бутылок из темного стекла.

– Так, вот как раз та, что нам нужна, – Хавьер передал мне бутылку без этикетки, на горлышке оказалась привязана бечевка на конце которой болтался картонный квадратик. Я внимательно присмотрелась и витиеватые буквы на нем сложились в надпись – “Хордон, Юг, 105 год”.

– Сейчас семьсот одиннадцатый год, этому вину… шестьсот шесть лет?"

"– Верно. Эту бутылку подарили графу Де Монпас в то время, когда он покупал дом на побережье. У Его сиятельства сложились прекрасные отношения с королем Понтары, чего нельзя сказать о Марье…

– Неудивительно, – я еще раз посмотрела на бутылку. Моих познаний в алкоголе не хватало для того, чтобы понять, можно ли вообще пить вино которому больше половины тысячи лет? Мне кажется, это ну слишком большая выдержка. Передержка, я бы сказала.

– Есть еще одна, урожай так же собранный в Хордоне но в четыреста двадцатом году.

– А сколько стоят они обе?

– Та, что у тебя в руках – не знаю, но вот эту графиня купила у местного коллекционера за восемь тысяч, смею предположить что вино сто пятого года можно продать тысяч за двадцать.

Я крепче стиснула пальцы на бутылке. Двадцать тысяч! И десять – картина, и восемь – вторая бутылка… Создатель! Я обернулась и окинула взглядом весь винный погреб. Здесь если посчитать наверняка окажется не одна сотня бутылок, правда, не таких дорогих, но в любом случае ни одна из них мне не нужна. Разве что оставить несколько для гостей. Я фыркнула на этой мысли. Каких гостей? Судя по всему деревенские ко мне на чай ходить не будут. И тут я задумалась – если графиня была такой недружелюбной, то как она поддерживала отношения с другими графами, герцогами… королем? И поддерживала ли вообще?

– Алина?

Я вынырнула из раздумий, а Хавьер уже тащил меня под локоть на выход.

– А у бабули были друзья?

– Есть одна подруга, которая живет в доме на побережье.

– И все?

– Все.

– Она хотя бы поддерживала отношения, например, с тем же графом Де Вирго к чьему сыну мы сейчас поедем?

– О-о-о, – развеселившись, протянул дворецкий. – С графом Марья не дружила, а вот с его сыном… Виконт Лонд – любимый собутыльник твоей бабули.

– Да что она за человек такой, эта бабка, – ворчала я, со всей силы прижимая к себе бутылку. На долю секунды показалось, что она сейчас выскользнет и разобьются двадцать тысяч на моих глазах, и мне сделалось дурно.

– Своеобразный.