— Государь, прошу прощения, если мои слова покажутся вам слишком резкими, но возможно вам пора прекратить жалеть свою сестру и ее сторонников. Империя превыше всего, мы все служим ее интересам, и вы, государь, в первую очередь.

— И что ты предлагаешь? Массовые казни? Расстрелы и лагеря? — грустно усмехнувшись спросил Петр."

"— Нет, государь. Куда хуже. Скажите людям правду. Всю правду. — ответил генерал. — То, что нашли наши слуги, те ужасы что они обнаружили во время чисток и борьбы с Детьми господа. Передайте это князьям, остающимся на стороне вашей сестры, и у нее не останется союзников.

— …ты хоть представляешь, о чем просишь? — гневно спросил император. — Пошел прочь!

— Как прикажете, ваше величество. — склонился в глубоком поклоне Суворов, и опираясь на трость вышел из кабинета, оставив государя одного, со своими мыслями.

…они же ее просто линчуют… — подумал Петр, снова глядя на ночной город. Но старик прав. Если это продолжится, никакое вторжение со стороны не нужно будет. Еще пара таких инцидентов, и страной заинтересуется общество Теслы. А там и до силового умиротворения не далеко.

Нет, отдавать документы слугам сестры нельзя. По крайней мере не всем. Но вот некоторым, особо приближенным, так чтобы они пришли к ней с вопросами, а главное — пришили к Гавриилу… может получиться. В идеале, чтобы они эту информацию «добыли» сами. С огромным трудом и потерями… что же, у него есть человек, которому можно подобное поручить.

Глава 16

— Вставайте граф, рассвет уже полощется. — произнес Василий, выдергивая меня из медитации. Собственно, встал я уже полчаса как, но мне нужно было время, чтобы примириться с новой действительностью.

А главное — прочувствовать изменения в собственном организме и работе чакры «звука».

Пожелание Коловрата исполнилось, и меня таки обстреляли из пулемета. Жаль только это было не в контролируемых условиях на полигоне, а в реальном бою, где я вполне мог погибнуть из-за секундного промедления, или на ту же секунду меньше проработавшего щита. Хотя, возможно, именно это и послужило причиной столь мощного сдвига в работе чакры.

Средоточие энергии «звука» ощущалось иначе. Можно было бы сказать «зазвучало» но я так и не понял, как именно работает резонанс.

Хотя, какая разница как именно мы видим или дышим, если для этих действий нам не приходится напрягаться, мы делаем это на автоматизме. И если у меня получается почувствовать и использовать конструкты, возможно нет ничего страшного в том, что я не понимаю «как».

Вот только меня продолжал волновать этот вопрос. Может потому, что я куда тоньше остальных чувствовал и мог управлять собственным организмом, и новый элемент, не поддающийся контролю, сильно раздражал.