— А после трагической гибели Екатерины ситуация в боярской думе крайне обострилась. Оппозиция отчаянно бьётся за каждое место, торгуясь как в последний раз. Но что хуже всего, у них откуда-то начали появляться деньги и сторонники.

— Хочешь сказать, что их финансируют англичане? — задумавшись проговорил я. — Это государственная измена.

— С чего вдруг? Они не нарушают никаких планов, утвержденных парламентом. Не критикуют и не саботируют деятельность армии и вообще ведут себя крайне осторожно. В данный момент. — усмехнулась Мария. — Но как только они почувствуют, что сила на их стороне, или соберут фракцию способную блокировать принимаемые законопроекты их станет не остановить.

— В данный момент у нас и Петра суммарно подавляющее количество голосов. — возразила Ангелина. — За нами народ и церковь.

— Так они и не будут противостоять нам прямо. Они будут лишь затягивать заседания и принятия бюджета, аргументируя это борьбой с коррупцией. — пожав плечами ответила Мария. — Оспорят закупочные йены для боеприпасов или медикаментов первой необходимости, инициируют проверку на местах… мало ли как можно усложнить работу государственного аппарата."

"— Вообще, при нормальной ситуации он и должен так действовать. — возразила Ангелина. — Когда несколько фракций борются друг с другом, пытаясь поймать на превышении полномочий или воровстве. В конкуренции рождается нормальная политическая среда.

— Вот только у нас война. — сухо заметил я. — Нужно поговорить с лидером оппозиции, объяснить, что сейчас не время для их игр.

— Боюсь ничего не выйдет. Сейчас оппозицию возглавляет Голицын, бывший любовник Екатерины, и он винит тебя в её смерти. — пояснила ситуацию первая супруга. — Можно попробовать подтолкнуть его к сотрудничеству с отцом, но и это маловероятно, ведь он не обвинил тебя, когда была возможность.

— Если у нас суммарно достаточно голосов, то может и к черту его? — спросила Ангелина. — Пусть себе бесится в загончике.

— Они слишком хорошо знают правила игры в политику. — недовольно фыркнула Мария. — Так что выкинуть их задницы из министерских кресел получится не раньше, чем Александр займет трон и объявит о формировании нового кабинета. А до тех пор нам придется с ними мирится. И Естественно они сделают всё, для того чтобы остаться на текущих должностях.

— А я не смогу занять престол без регалий власти и коронации патриархом. — проговорил я, прикрыв глаза. — Значит в первую очередь придется разобраться со священным синодом и советом архиереев. Даже если мы активизируем все силы, это займет не меньше месяца, а за это время Атамаль потеряет любые права на трон Персии.

— Именно этого они и добиваются. — кивнула Мария.