— Судя по спорам они не очень-то с этой формулировкой согласны. — усмехнулся Жеглов, и тут я с ним был совершенно согласен. Но чем дольше они спорили, тем ближе становилось неживое море. Выигранная гигантскими усилиями фора сокращалась с каждой секундой, и я уже придумывал, как обстреливать тварей конструктами, когда флот альянса наконец открыл огонь.

Загрохотали курсовые мортиры, трехсотого калибра, и снаряды, в поперечине больше человеческого роста, обрушились на море скаженной плоти, накрывая его гигантскими огненными лужами и взрывая, да так что расходящиеся от падения снарядов волны превращались в небольшие цунами.

— Хорошо работают черти. — с невольным восхищением проговорил Жеглов.

— Они к этому явно готовились, только нас тут не ожидали увидеть. — усмехнувшись ответил я. — Не отстаем. Волки на прикрытие земли. Держим расстояние, гнев — спускаемся до полутора тысяч. Теперь главное, чтобы они по нам не попали.

— Поможем его высочеству! — приказал Жеглов, и я был благодарен товарищу, когда в резонаторную сеть потекла энергия. Щиты отнимали не меньше сил чем постоянный обстрел, и я полностью истратил начавшие было восстанавливаться запасы.

Но в пылу битвы это никого не волновало.

Заметив, как лопается от бомбы одно из щупалец, пытавшихся метнуть очередную охапку самоубийц, я решил прикончить двух зайцев разом и обстреливать только участки немертвого моря с образующимися щупальцами. Благо поднимались и закручивались они довольно неспешно, хватало нескольких секунд. А уничтожая катапульты из костей и плоти, я нейтрализовал обстрел, что позволяло уменьшить количество щитов.

Такой смелый маневр, в купе с приближением войск римской империи германской нации, заставил остальных участников лиги перенести огонь дальше, к переднему краю, и через несколько минут ситуацию удалось переломить.

Казавшийся бесконечным поток тварей начал иссекать, сужаться, а затем и вовсе откатился к внешней берлинской стене.

Сколько десятков тысяч снарядов было выпущено за этот час, я затруднялся даже посчитать. Орудия лупили почти без перерывов, лишь давая стволам остыть между залпами. Башни ПСО дергались словно в припадке эпилепсии, старясь сбить как можно больше вражеских тварей, и это дало свой эффект.

Если после нашей первой зачистки остался только пепел и выжженная, сплавленная земля, бетон и асфальт, то после обстрела крейсерами лиги земля оказалась усеяна воронками от снарядов, в которых с легкостью мог бы уместится двухэтажный дом. А пейзаж больше напоминал лунный, с обилием кратеров.

— Новая группа судов на подходе. Идут с севера! — обрадовал меня офицер ДРЛО, выводя на вспомогательный экран радарную сетку с точками отметин.