Быстро поднимающийся корабль вскоре исчез из нашего поля обзора, а когда сопровождающий подошел ближе к окну, и подкатил меня, я с трудом разобрал крошечную точку стартовавшего корабля, за которым гналось несколько таких же. И тут я понял, ошибся в оценке размеров корабля. В сравнении с преследователями он оказался крошечным.

В небесах, степенно держась выше истребителей и штурмовиков, сияя выхлопами сотни малых курсовых и десятком основных двигателей, шел настоящий титан. Залп его главных орудий мы услышали даже сквозь закрытые створки шлюза. Синие росчерки снарядов ударили вслед за беглецами, но крохотный шлюп резко ушел в пике, и вместо него под удар попали несколько истребителей преследователей. Беглец же нырнул в низ и внезапно пропал с короткой вспышкой, уничтожившей половину преследователей.

— Что это было? — ошарашенно проговорил стоящий у меня за спиной боец. — Они не могли… не посмели бы.

— Капитан, у пирса еще осталась прогулочная яхта! — крикнул один из охранников. — Если сумеем ее поднять и будем держаться у земли…

— Так и сделаем! Какая температура? — ответил сопровождающий.

— Восемьдесят. Семьдесят пять… шестьдесят. — начал отсчитывать охранник.

— Нет времени ждать пока она опустится! Пару минут перетерпим. — скомандовал капитан стражи. — Экстренное открытие шлюза!

— Есть экстренное открытие! — кивнул охранник. Ударом приклада он сбил декоративную лепку на стене, и дернул оказавшийся под ней красный рычаг. Механизм ворот взвизгнул, и начал медленно раскручиваться. В щель же ударил перегретый воздух, мгновенно испаривший влагу в коридоре.

Жар обжег щеки и заставил зажмурится, но храбрецы натянули свои кепки на уши и прикрывая лица руками бросились к стоящей чуть в стороне от прохода яхте. Суденышко сильно пострадало из-за экстренного взлета шлюпа, но сейчас его красота не имела никакого значения, главное, чтобы работали системы.

— Придется потерпеть. Держитесь. — проговорил капитан стражи, и наклонив кресло каталку назад, так чтобы она стояла только на больших задних колесах, вывез меня наружу. Что сказать, я держался. Не только потому что тело не могло ничего другого, и не потому, что я отстранился от жара, в мгновение высушившего мою кожу. Просто выхода другого не было.

Я до последнего задерживал дыхание, и решился только когда воздуха в легких вообще не осталось, а мы уже стояли у медленно опускающегося главного трапа. Стоило вдохнуть, и я мгновенно обжег нос и слизистую, хотя вдыхал очень медленно. Перед зажмуренными глазами начали плясать круги, когда я услышал раздавшийся сверху рокот.

— Это корвет ведьмы! — крикнул охранник, и в его голосе я послышалось отчаянье, смешанное с благоговейным ужасом.