А я невзначай шепну потом Голицыной, кто именно закрыл сделку, которую она отфутболила потому, что не смогла с ней справится.

Эх, на больное давит, чертяка. Победы я любил. Чистые. Разгромные. Красивые. Да и ещё раз уесть эту стерву было бы чисто по-человечески приятно. Да, пусть и сделать это постфактум, но кто сказал, что удовольствие от этого будет меньше?

И, что самое смешное, я ведь знал, что он скажет дальше. Как говорится, если шутка никого не оскорбила, то она не смешная. А у каждой шутки должен быть мощный завершающий панчлайн.

И я ждал, когда Рома выложит его на стол.

— Давай, — бросил я ему. — Скажи это. Мы ведь оба знаем, что у тебя на уме.

— Неужели я такой предсказуемый? — с наигранным возмущением удивился он.

— Не, просто я хорошо тебя знаю.

— Ну, раз знаешь, то, думаю, представляешь себе, как будут скрипеть зубы у моего отца, когда я расскажу ему, кто именно закрыл эту сделку.

* * *Машина остановилась, не доехав до входа в госпиталь метров двадцать. Ближе уже просто было не подъехать. Всё заставлено стоящими у обочины машинами скорой помощи.

Но Льва это нисколько не смутило. Он спокойно выбрался наружу, закрыл дверь машины и направился в сторону главного входа.

Оказавшись внутри, он потратил пару секунд на то, чтобы стряхнуть снег с плеч и сориентироваться. Найдя глазами регистратуру, он направился прямо к ней.

— Добрый день, — поздоровался он. — Я хотел бы…

— Вечер, — отозвалась сидящая за стеклом усталая женщина лет пятидесяти.

— Что, простите? — переспросил Калинский.

— Вечер на улице, — чванливо заявила ему сидящая на стуле женщина, бросив на него короткий взгляд. — Я справок не даю.

— Я не за справкой, — спокойно произнёс он.

— Мне нужно узнать, в какой палате находится пациент по имени…

— Я слышала, что вам нужно, — отмахнулась она от его слов. — Все посещения по записи и согласно расписанию. Если у вас нет в записи, то и посещения не будет. А я вам не информбюро, чтобы…

— Вы не информбюро? — холодно перебил её Калинский. — Ох, простите, пожалуйста. А я подумал, что вы предмет мебели. Или у вас тут что, новая должность — уставшая, но принципиальная злая и тупая старая стерва?"

"Женщина впилась в него ошалевшим взглядом, так как с высоты скромного стула своей власти совсем не привыкла к таким ответам.

— Вы что себе поз…

— Я задал конкретный вопрос, — холодно перебил её Калинский, который совсем не имел желания тратить время на эту мымру. — Вопрос, на который вы обязаны ответить. Я не пациент, которому можно говорить «приходите завтра». Я человек, у которого есть полномочия. Будет очень обидно, если мне сейчас придётся позвонить в юридический отдел вашего госпиталя или в приёмную главврача. И поверьте — дальше будет дисциплинарная проверка, которой я добьюсь в отношении вас.