Мне бы обрадоваться, и я действительно была рада, что удалось предотвратить бойню, а та была бы неизбежна – ведь армии создаются затем, чтобы воевать. Но тут лорд Давернетти очень выразительно посмотрел на меня, а затем извлек из своего какого-то бесконечно наполненного платочками кармана очередной платок, и опустил его в воду.

И все это время, пристально и выразительно глядя на меня так, что стало очевидно – что-то его взгляд точно выражал.

– Что происходит? – от лорда Арнела выразительное поведение лорда Давернетти не укрылось.

А до меня, наконец, дошло, на что столь старательно намекает старший следователь.

Судорожно вздохнув, я посмотрела на Адриана, и пообещала скорее себе, чем ему:

– Это в последний раз, клянусь. Transformatio!

И меня накрыло синим сиянием.

Меня, помрачневшего лорда Арнела, всю грязную улицу, все дома в округе… И звезды засияли! Ярко, неистово, предвкушающее. Больше не было чувства отстраненности, не было чувства неизбежности, когда нужно просто ждать, покорно и безропотно. Я делала то, что должна была. То единственное, что могло помочь этим детям, ненужным или похищенным, проданным и вывезенным из Вестернадана, прошедшим через ад, но имеющим право на будущее.

– Quod vera imago!

Сила лилась через меня. Словно я была прорехой в плотине, пробоиной, сломанной частью, небольшой, но какое это имеет значение? Я была вполне достаточным руслом для небольшого горного ручья, разливающегося сейчас по окраине столицы неглубокой рекой. Рекой чистой силы.

– Feralcat! – пробуждение драконов.

Сколько их? Я не знала. Чувствовала практически каждого, но лишь на грани ощущения. Словно видела небо полное звезд, но разве можно сосчитать звезды? Я и не пыталась.

– Imperium essenta! – закольцованное заклинание управления.

Закольцованное на личности каждого, только что пробужденного мной дракона.

Но дальнейшее? Имела ли я право, ввергать их, полукровок, в полноценную драконью форму? Сомневаюсь. Сильно сомневаюсь.

И я завершаю тем, что совершенно точно не нанесет вред:

– Inveniens vires! – обретение силы.

Заклинание, абсолютно бесполезное по отношению к людям, оборотням и даже магам. Но в связке с «Transformatio» и «Quod vera imago», оно имело смысл.

И предположение подтвердилось, когда рычание и вой, разносящиеся отовсюду, сменились возгласами:

– О, я вырос!

– У меня рука выросла!

– Да быть не может!

– Моя нога! У меня нога! Смотрите, я встал!

Но даже в самом лучшем исходе дел, всегда есть и обратная сторона.

Его вышвырнуло откуда-то слева вместе с частью стены. С расстегнутой грязной рубашкой и приспущенными штанами. Все его лицо было вмято словно сильным ударом, а в проеме, том, новообразовавшемся, стояла хрупкая худенькая девчушка, и ветер донес до нас ее крик:

– Я тебе больше не…

Я не услышала.