«Займись газетчиками, информация не должна просочиться в прессу. Я подключусь к мобильной группе, необходимо в кратчайшие сроки вывезти из столицы детей и пострадавших в „крысятниках“ магов» – приказал он Давернетти.

«Я понял. Проработай маршруты отлета – если в деле замешаны маги старой школы, мне нужно будет все проверить, я чувствительнее к их магии. Бель, не высовывайся из особняка!»

Ответить Давернетти я не успела, ощутив вопрос Арнела:

«Возле условной двери кто-нибудь есть?»

«Нет», – торопливо уведомила.

И мое заклинание осыпалось синими искрами, открывая взгляду дверь в тюремную камеру и стоящего за ней лорда Арнела.

Дракон определенно едва встал – волосы были небрежно отброшены за спину, рубашка не застегнута и не заправлена, и потому открывала смуглую мускулистую грудь. Сапоги натянуты кое-как, но все это было совершенно неважным для дракона – в черных глазах читалось откровенное облегчение при виде невредимой и пребывающей в безопасности меня. И свою радость по данному поводу, лорд Арнел ничуть не пытался скрыть, как впрочем и факт нашего совместного пребывания в одной постели.

– Анабель, – он распахнул дверь камеры, – что я должен сделать для того, чтобы иметь счастье просыпаться в спокойной уверенности, что ты спишь рядом?

Оторопев в растерянности, я не нашлась что ответить. Но мои домочадцы вполне справились за меня.

– Жениться, – подсказала миссис Макстон, – но, скрывать не стану, в роли супруга мисс Ваерти я предпочла бы видеть лорда Гордана.

– Вымаливать прощение, стоя на коленях прямо на горе из алых роз, – мечтательно протянула Бетси.

Мы все вопросительно посмотрели на девушку.

Немного смутившись, Бетсалин пояснила:

– Так он же с шипами намается, пока стоять будет, а там, может быть, и умрет в мучениях уже, наконец.

С матраса на полу донесся голос мистера Уоллана:

– Хороший план.

– Шипы можно смочить ядом, – мечтательно протянул сонный мистер Оннер.

– Бешенных собак на него спустить. От бешенства дохнут даже драконы, – мистер Илнер зевнул самым мирным образом.

Лорд Арнел молча вошел в камеру, взяв меня за руку, решительно вывел из нее, и уже там, в мрачном тюремном проходе, задумчиво произнес:

– Дорогая, я полагаю после свадьбы, нам стоит пересмотреть решение о проживании твоих слуг вместе с нами.

– Они не мои слуги, – возразила я тут же.

– Тем более, – вставил лорд Арнел."

"Неодобрительно покачав головой, я с тревогой посмотрела на лестницу. Для меня, всегда весьма болезненно реагирующей на любое проявление несправедливости, мысль о том, что чудовищные преступления герцога Карио придется скрыть, была сродни кровоточащей ране в сердце, но, воистину, месть теряла смысл там, где за торжество справедливости заплатят жизнями невиновные.