Я подняла на него затуманенный взгляд и впервые почувствовала, что мне действительно как-то зябко. Камзол несильно помогал, поскольку был всего лишь наброшен на плечи, а не застегнут на все пуговицы.

Я взяла кубок и сделала осторожный глоток. Напиток был, как и положено, горячим. Вино или даже несколько разных вин, какие-то пряности и фруктовый привкус. Организм действительно начал прогреваться. Я отпила еще.

Когда количество жидкости в кубке уменьшилось вдвое, я вернула его на столик и все-таки задала свой вопрос:

– Если все так, как ты говоришь, почему ты не мог мне этого объяснить раньше? Почему делаешь это только сейчас?

– Ну, первое время я полагал, что ты не знаешь языка, – напомнил Данте.

– То, что у тебя нет злых намерений, можно дать понять и другими способами. – Я отказывалась принимать вину на себя.

Можно, – согласился Данте. – Но была еще одна проблема. Я ведь намекнул тебе на это в Бертане. Мы постоянно находились под присмотром арканзийцев. Ты достаточно наблюдательна и не могла этого не заметить. Сандра, я отправился за границу не просто так. На протяжении многих лет арканзийцы регулярно совершали налеты на наши земли.

Я молчу об экономических убытках, но при этом гибли люди. Я долгое время вел переписку с Селим-пашой, пока наконец мы не достигли некой потенциальной договоренности. Дальше была необходима встреча, а затем заключение письменного соглашения.

Слушая, я машинально взяла кубок и постепенно допила пунш. Попутно сопоставляла рассказ Данте со своими собственными выводами, основанными на той обрывочной информации, которую мне удалось собрать в дороге. Теперь восполняла пробелы и исправляла неточности.

– Дело было настолько важным, что мне пришлось самолично отправиться в Арканзию, – продолжал Данте. – Ни с кем другим переговоры вести бы не стали. Брать с собой большой отряд я не счел целесообразным. Численный перевес в любом случае оказался бы на их стороне, при этом арканзийцы восприняли бы такой поступок как выражение угрозы и отреагировали бы соответственно. Поэтому я взял с собой только Ренцо: он знаком с местной культурой, а в случае надобности хорошо управляется с мечом. И в целом все прошло успешно.

Но с этими людьми ни в чем нельзя быть уверенным окончательно, до тех пор пока на бумаге не поставлена самая последняя подпись. Видишь ли, Сандра, это юго-восток. Там очень многое отличается от того, к чему ты привыкла на севере. Да и от нашей галлиндийской ментальности тоже. Среди прочего на востоке ценят силу. Зачастую ценят выше, чем справедливость и тем более честность. Честность с их точки зрения вообще важна лишь между «своими». Обмануть чужого можно и зачастую даже почетно. Но я сейчас не о том.