– Припомни: благодаря твоему сегодняшнему вмешательству я выгадал значительно бо́льшую сумму, чем та, о которой мы говорим. Так что давай обойдемся без самоуничижения. Ты будешь получать столько, сколько получал бы любой другой человек твоей квалификации на твоем месте.

Мне оставалось только согласно кивнуть.

– Вот и хорошо.

Данте поднялся с места и направился было к двери, но почти сразу же остановился и резко развернулся.

– Как тебе удается сочетать такое самоуничижение с такой гордостью?

Я вздрогнула от столь неожиданной смены как темы, так и тона, который больше не был ни деловым, ни сухим.

– И ответь мне, пожалуйста, на такой вопрос, – продолжал между тем Данте. – Когда я сказал, что предлагаю внести изменения в наш договор, о чем ты подумала?

Он был в ярости, теперь я видела это совершенно ясно.

– Ни о чем, – опустила глаза я. – Просто сначала не поняла, что именно ты имеешь в виду."

"– Врешь, – отрезал Данте, и я точно знала, что взгляд его горящих гневом глаз устремлен прямо на меня. – Я отлично видел, как ты побледнела и вжалась в стул. Чего ты от меня ждала? Что я воспользуюсь своим положением? И каким конкретно образом? Впрочем, можешь не отвечать – я и сам догадываюсь! Черт тебя побери, Сандра, как долго ты собираешься меня бояться?! Чем я это заслужил? Почему Ренцо ты ни капли не боишься? Чем он лучше меня?

Я молчала, снова вжавшись в кресло, а в виски больно стучалась мысль: о чем он сейчас говорит?

Мне только кажется, или с темы страха он перешел совсем на другое?

– Он не лучше, – хрипло ответила я, заставляя себя поднять глаза.

 – Вы просто разные, только и всего. Ты просто гораздо серьезнее и…

Я замолчала, чувствуя, что несу чушь.

Но что я могла сказать? Правду? Ты – мой хозяин, а Ренцо – нет? И потому пропасть между тобой и мной настолько широка, что ее никогда нельзя будет преодолеть, как бы сильно мне этого ни хотелось?

– Что «и»? Я настолько серьезен, что внушаю страх? Ладно, оставь, – устало отмахнулся Данте. – К завтрашнему дню тебе приготовят новый кабинет. Тогда обсудим детали.

С этими словами он покинул библиотеку.

На следующий день я вступила в новую должность. Придя к Данте за инструкциями, с удивлением выяснила, что мое рабочее место расположено всего в двух дверях от его кабинета.

Но, видя, как внимательно он следит за моей реакцией, вслух высказывать удивление не стала.

Познакомилась с Фредиэно Бруни, тем самым специалистом по ценам и вычислениям, которого упоминал накануне Данте. Это оказался приятный в общении человек лет пятидесяти. Умный, подтянутый, деловой и в меру разговорчивый. То есть хорошо понимающий, где проходит грань между приятным разговором за чашкой чая и отвлекающей от дел болтовней. Мы быстро поладили.