Он подошел к буфету с прозрачными дверцами и извлек оттуда чашку с блюдцем из того же сервиза, что и стоявшая уже на столе посуда – светло-зеленая, с причудливым золотистым рисунком.

– Дон Росси, у меня к вам возникла одна просьба, – сказала я, прижимая руки к груди.

– К нему? А почему не ко мне? – обиделся Терро.

– Ну… Речь в данном случае идет о человеческом организме, – извиняющимся тоном объяснила я.

– Ты все понял? – торжествующе обратился к коллеге Росси. – Тараканы у доньи Сандры пока не болеют, так что ты не у дел.

Я кашлянула. С чистотой в армоне у Данте все было в порядке, так что тараканы у меня в покоях не водились.

Только в голове. А уж эти были здоровы, бодры и веселы и в лечении явно не нуждались.

– Я отлично могу помочь и с человеческим организмом, – заверил меня Терро, игнорируя слова приятеля. – В свое время я даже был лучшим студентом на соответствующем курсе.

– Сколько десятилетий назад это было? – замахал на него руками лекарь. – Ты давным-давно все позабыл, старый склеротик! И потом, ты ведь ушел с факультета, после того как провалил экзамен!

– Когда это такое было? – возмутился Терро.

– Вот! Я же говорил – склеротик! – победоносно объявил Росси.

– Господин Росси, – несмотря на то удовольствие, которое оба, без сомнения, получали от распри, я была вынуждена вклиниться в дискуссию, – скажите, вы можете определить возраст грудного ребенка?

– Если получу возможность его осмотреть? – деловито уточнил лекарь.

– Разумеется, – подтвердила я.

– Определенно, – ответил на мой вопрос Росси. – Дату рождения, конечно, не назову, но смогу назвать возраст с возможной погрешностью до двух недель.

– Я думаю, этого будет достаточно, – кивнула я. И сразу же вскочила на ноги. – Простите, дон Росси, мне надо срочно переговорить с доном Данте. Если не возражаете, я допью свой чай немного позже.

– Он же остынет! – крикнул мне вслед лекарь. – Я приготовлю вам новый!

Терро тем временем уже доказывал, что может определить возраст ребенка ничуть не хуже, чем Росси.

Ребенка осмотрели. Вывод был сделан однозначный: мальчику около четырех месяцев. «Никак не меньше трех с половиной», по словам Росси.

При разбирательстве с Анитой я не присутствовала, но в тот же день горе-невеста уехала из армона.

Правда, не без увесистого кошелька, который Данте все-таки выдал ей на содержание ребенка.

Назавтра Данте пришел ко мне в библиотеку."

"– Вчера я так толком и не успел сказать тебе спасибо, – заметил он, остановившись у моего стола. – И тем не менее я чрезвычайно тебе благодарен. Похоже, ты как-то незаметно превратилась в моего ангела-хранителя.

– Я тут ни при чем, – замотала головой я, стараясь унять ускоренно заколотившееся сердце.