- Суп Bolitas de Oro, Золотые шарики, - торжественно произнес официант, представляя первое блюдо.

Бабушка Лоры с воодушевлением заработала ложкой, остальные осторожно попробовали по ложечке. Только организатора сидели с отстраненными лицами и размешивали, не пытаясь продегустрировать, да Фадей внимательно изучал содержимое тарелки.

- Очень поднимает потенцию, - многозначительно произнес Гоша, и, выдержав паузу добавил, - бычьи тестикулы не всегда так мелко режут, иногда кусочки делают более крупно нарубленными.

- Чтооо? – прохрипел отец семейства, ложка выпала у него из рук.

- Папа, - настойчиво произнес Гоша, - ну для нас же, мужчин, стараюсь.

- Не надо для меня стараться, - сварливо ответил Альберт Вениаминович, - у меня отличная потенция.

- Да-да, отличная, подтверждаем, - по инерции подхватили подруги, сплочаясь против Гоши.

Фадей секунду сидел с каменным лицом. А потом начал хохотать. Альберт Вениаминович густо покраснел.

Бабушка Лоры, его мама, нежно похлопала сына по коленке и проворковала:

- Он всегда у меня был с потенциалом. Видели, Гоша, его фотографии младенчиком?

Вера щипала себя за руку, чтобы не смеяться. Альберт вел большой бизнес, следовательно, был человеком мстительным, а им еще по нескольким музыкальным номерам предстояло договориться.

Тут официант принес следующее блюдо, и Веру внезапно повело.

- Сюрстремминг, - певуче выговорил парень.

Он блюда воняло. Зловонно, до рези в глазах.

- Это квашеная килька, - с нежностью в голосе произнес Гоша, - если вы открываете банку и она шипит, значит блюдо отлично перевезли. Раньше в богатых домах к сюрстремминг подносили канарейку. Если канарейка падала без сознания, самая пора кушать.

У Веры закружилась голова, ей резко затошнило. Она почувствовала себя канарейкой, которую тащили в клетке, как ни пыжишься, как к прутьсям не прижимаешься, а сюрстреминниг все ближе. Прикрывая ладонью рот, она задергалась, срывая салфетку и пытаясь подняться.

Забеспокоившийся Фадей помог отодвинуть стул. Когда Вера уже бежала в туалетную комнату, он поднялся и твердо успокоил разволновавшуюся родню.

- Все хорошо, просто не в то горло попало, девушка сейчас попудрит носик и придет.

Полоскало ее знатно, до слез. Чертова рыба, стремная как само название. Удивительно, что все остальные не убежали.

Ватным диском она аккуратно поправила макияж, но тут ее снова затошнило. «Да что ж такое» - забеспокоилась девушка. И вдруг заметила в зеркале, что платье, обычно мягко облегающее, сильнее обычного затянуло грудь.

На сердце похолодело. Так. Когда были женские дни последний раз? Черт. Черт. Черт… Когда же они были…

Глава 16. Хочешь жить, не так раскорячишься

Вера поникши сидела в коридоре частной клиники и ждала, когда ее позовут.