Других бабушки и дедушки у Хлои не было: родители ее матери умерли еще до ее рождения. Скоро она начнет задавать вопросы сама, и ему придется признаться, что он порвал с отцом, и это не сделает его наилучшим примером для подражания. Пора было оставить прошлое позади и двигаться дальше. Пенни доказала ему, что он может быть по-настоящему счастлив, когда он уже не думал, что когда-нибудь будет на это способен.

Глаза Пенни распахнулись, когда они подъехали к отелю: несмотря на то что он находился в центре города, он был окружен сочной зеленью.

— Эту часть города называют «зеленым легким», — объяснил Санто. — На самом деле это сады виллы Боргезе. Насколько я знаю, остановиться можно только здесь.

Отель был потрясающим, но Пенни удивилась, обнаружив, что Санто забронировал им отдельные номера. Она хотела спросить почему, но его застывший взгляд сказал ей, что его мучают воспоминания и лучше придержать язык.

Хлоя была их спасением. Ее невозможно было удержать вдали от бассейна, и весь день они провели, играя в воде или отдыхая рядом с бассейном. Вечером Санто немного успокоился, они поужинали на их собственной веранде, но если Пенни думала, что он изменит решение и пригласит ее к себе, она очень ошибалась. Он даже не поцеловал ее на прощание и ушел к себе раньше нее, весь во власти мыслей, в которых ей не было места.

Большую часть ночи Пенни пролежала без сна, пытаясь угадать, что на уме у Санто. Скорее всего, это было связано с его отцом. Она снова задумалась, почему Санто не хотел его навестить, и пожелала, чтобы он поделился с ней."

"На следующий день они посетили Ватикан. Пенни была в восторге от площади Святого Петра, которая оказалась куда больше, чем казалась по телевизору. Акцент Санто стал заметнее, и сам он выглядел еще лучше, чем обычно. Он даже сбился на родной язык.

— Что ты сказал? — спросила Пенни.

Это прозвучало романтично и красиво, и даже хотя он не улыбался, она чувствовала, что он говорит от сердца.

— Ничего, — огрызнулся он.

Пенни вздрогнула.

— Прости, — сказала она и обратила все внимание на Хлою, гонявшуюся за голубями.

Ей снова захотелось, чтобы Санто открылся ей, ведь сейчас они стали намного ближе. Если бы она знала, как расстроит его приезд в родной город, ни за что бы не сказала, что хочет там побывать. Его огорчение портило все удовольствие. Он знал так много о Риме и его истории, что мог бы стать для них идеальным гидом, но он молчал. Пенни и Хлоя стояли и смотрели, и удивлялись, и восхищались, а он хранил гробовое молчание.

Очередь в базилику была слишком длинная, и Санто сказал:

— В следующий раз.

Пенни знала, что следующего раза не будет. Они были здесь только из-за того, что она сказала, что хотела приехать сюда, и теперь она ненавидела себя, что заставила его.