Хлопуша усмехнулся:

– Ну, тогда я спокоен. Хотя, если на нас нападут темные твари…

– Здесь нет темных тварей, – напомнила Лесана. – Мы с тобой не в Гиблом месте.

– Так-то оно так. Однако волхвы – мастера на всякую жуть. Колдовство есть колдовство, хоть в Гиблом месте, хоть здесь.

Зря Хлопуша это сказал. Будто бы нарушил невольно своими словами зыбкое равновесие между миром ночного леса и миром ночных призраков. Не успел богатырь договорить последнее слово, как в десяти саженях от себя увидел слабое свечение.

– Лесана! – хриплым шепотом окликнул он.

Девушка остановилась.

– Ну, что опять? – небрежно спросила она через плечо.

– По-моему, от голода у меня начинаются видения.

– От голода? – Лесана нахмурилась. – Но меньше двух часов назад ты съел огромный кусок вяленого мяса. У тебя не может быть голодных видений, Хлопуша.

– Да? Тогда что это виднеется там, между деревьями? – Здоровяк вытянул руку и показал Лесане на светлую фигуру.

Лесана посмотрела в ту сторону, и по лицу ее пробежала судорога. Несколько секунд девушка напряженно вглядывалась в белесую фигуру, а потом облизнула пересохшие губы и прошептала:

– Начинается.

– Что начинается? – не понял Хлопуша. – Лесана, что начи…

– Тише!

Хлопуша замолчал, но вовсе не от тихого окрика девушки. Белесая фигура вдруг легонько заколыхалась, и от нее стали отделяться другие фигуры. Отделившись, каждая фигура неподвижно зависала над травой.

– Кто это? – прошептал Хлопуша.

– Духи, – так же тихо ответила ему Лесана. – Лесные духи. Дягиль рассказывал о них, помнишь?

– Э-э…

– Не смотри на них!

– Почему? – обескураженно спросил Хлопуша.

– Они ищут нас. И если они встретятся с тобой взглядом…

Хлопуша поспешно отвел глаза от белых фигур и даже слегка прищурил веки, чтобы погасить мерцание глаз.

– Что мы будем делать дальше? – тихо спросил он.

– Пойдем вперед, – ответила Лесана. – Дягиль говорил, что духи отделены от нас покрывалом Нави. Они не видят нас и не слышат. Но наши глаза для них – что отверстые двери. Ежели встретишься с ними взглядом, они набросятся на тебя и разорвут.

– Дернул же меня леший бродить по лесу ночью, – проворчал Хлопуша. – Да еще по такому лесу, где орудуют волхвы.

Лесана ничего не сказала. Она медленно повернулась и осторожно двинулась вперед. Хлопуша, вздыхая, последовал за ней. Он старался не смотреть на духов, но все равно видел их боковым зрением. Будто во мраке колыхалось развешанное на веревках для просушки белье.

«Боги Хорс и Семаргл, помогите нам с Лесаной, – беззвучно шептал Хлопуша. – Она, конечно, девка глупая и самонадеянная, но совсем не зловредная. И богов почитает. Правда, боги у нее свои, но по здравому разумению, все боги – родственники. Коли выберемся отсюда – расскажу ей про вас».