Глеб откинулся спиной на ствол березы, усмехнулся бледными губами и сказал:

– Мой меч стоит твоих чар.

– Только если ты его подымешь, – сипло проговорил кто-то.

Беглецы повернули головы и уставились на Рамона. Толмач сидел на траве с открытыми глазами, тощий, заросший волосами и бородой, с глубоко запавшими глазами.

– Рамон! – радостно воскликнул Хлопуша.

– Здравствуй, Хлопуша, – прошелестел толмач бледными губами. – Что-то ты похудел. В городе перевелись свиньи и куры?

Хлопуша хотел обнять друга, но вспомнил, что это может причинить Рамону боль, и остановился с растопыренными руками.

– Ты тоже сильно изменился, Глеб… – прошептал толмач. – Твои волосы стали совсем… белы.

Глеб улыбнулся.

– Ничего. Женщинам я буду нравиться и таким.

– А… оборотням?

– Ну, эти твари всегда были от меня без ума. Не думаю, что седые волосы их отпугнут."

"Хлопуша засмеялся и легко прикоснулся к мокрому плечу Рамона.

– С возвращением, друг!

8

Костер горел так жарко, что одежда на беглецах почти высохла. Они сидели так близко от пламени, как только могли, рискуя опалить себе брови и волосы.

– А Довгуш-то и впрямь оказался колдуном, – проронил Хлопуша, вороша палкой пылающие головни.

Пламя вспыхнуло еще ярче, и Глеб вынужден был слегка отодвинуться, чтобы не обжечь лицо.

– Что, если он обманул нас и в другом? – мрачно предположила Лесана.

– О чем ты? – повернулся к ней Глеб.

– Что, если он не единственный волхв? Что, если таких, как он, много?

– Мы не смогли справиться и с одним, – угрюмо пробасил Хлопуша. – Представь, что они с нами сделают, если их будет хотя бы трое.

Глеб хмыкнул.

– Зато теперь мы знаем, что не все «видения», которые он насылает, – просто видения. Ты прав, Хлопуша, справиться с этим дьяволом будет непросто. Но… – Глеб зловеще усмехнулся. – Мне даже интересно, что этот клоун еще придумает.

– Скоро мы это узнаем, – хмуро пообещала Лесана.

Хлопуша посмотрел на закутанного в одеяло толмача и заботливо спросил:

– Как ты, Рамон?

– Бывало и лучше, – отозвался тот.

– Тебе не тяжело говорить? – осведомился Глеб.

Рамон легонько качнул черноволосой, кудрявой головой.

– Уже нет.

– Тогда поведай нам, как ты попал в темницу?

Рамон посмотрел на Глеба и негромко заговорил:

– Когда тебя забрали, Глеб, я поклялся гвоздями, которыми распяли Христа, что разыщу тебя. Разыщу и вызволю из плена. Путь мой был долог и неприятен. В конце концов он привел меня в рыбачью деревню. Я узнал, что жители деревни служат волхвам и что многие из них бывают в Мории. Одни привозят охоронцам еству, другие прибирают клетки, в которых томятся узники… Работа находится всем. Тогда я решил проникнуть в Морию под видом такого работника.

Лесана поднесла к губам толмача целебный отвар, и он сделал несколько маленьких глотков.