Но… как сказал поэт, «и все же, все же, все же…».

Они спустились в подземный переход, проехали в поезде метро несколько остановок, снова поднялись на поверхность и вскоре уже топтались на платформе пригородных электричек. Потом, в последнее мгновенье, прыгнули в закрывающиеся двери зеленого вагона, и, только когда поезд понесся в сторону Баковки и они остались одни в промерзлом, прокуренном тамбуре, генерал Нифонтов заговорил без опаски и оглядки.

— Вчера я прочитал секретную докладную моего особо информированного источника наверху. Кажется, у кого-то из наших высших бонз вдруг обнаружились общие интересы с Рашид-Шахом.

Полковник Голубков не удивился.

— Этого следовало ожидать. Эмир был бы готов многое купить. Вопрос лишь в товаре и продавце.

— Что вы имеете в виду? — сквозь грохот и лязг мчащегося поезда спросил Нифонтов.

— Тут гадать нечего. Если он действительно разжился водородными зарядами, ему сегодня позарез требуются современные средства доставки.

— Именно так, — кивнул Нифонтов. — По моим сведениям, Рашид-Шах через пятые и десятые руки закидывал удочки к американцам, французам, японцам, китайцам, даже индийцам и бразильцам… — И насколько успешно?

— С нулевым результатом.

Однако после того, как в прошлом году в журнале «Эвиэйшн ньюс энд спейс технолоджи» непонятным образом появилась заметочка о нашем двигателе для «Зодиака», эмир вдруг совершенно утратил интерес ко всем западным ракетным технологиям… — Занятно. Но как могла случиться такая утечка? — спросил Голубков.

— Фактически это было скрытое рекламное объявление. Зондирующая информация для ищущего покупателя. Она могла уйти по любому секретному каналу, из любой структуры, где хоть кто-то посвящен в тайны НПО Черемисина.

А в Америке его могли разместить даже через научно-технический отдел нашего посольства. Даже через внешнюю разведку под видом не то пробного шара, не то дезинформации… — Но это же чистое предательство и измена! — воскликнул Голубков.

— О чем вы, Константин Дмитриевич? — усмехнулся Нифонтов. — Надо теперь разделять, что преступление, что предательство, что измена, а что бизнес и научно-технологический обмен под маркой «ноу-хау».

Как бы то ни было, кому-то остро потребовалось практически открыто уведомить потенциального покупателя о наличии некой товарной позиции в нашем ассортименте.

— И все же как такое могло произойти?

— Не знаю. Одно тут понятно и очевидно: санкционировать переправку и публикацию таких сведений могли только весьма высокопоставленные и осведомленные люди.

— Почему вы исключаете, что с нами решили сыграть в ладушки мальчики из ЦРУ или из их Агентства национальной безопасности? — спросил Голубков.