Я выбрала точку — прямоугольник магнитного замка рядом с дверью — и старалась не сводить с него взгляда.

Сейчас я окажусь под водой, но это не страшно, повторяла я себе. Мне нечего бояться. Вода не настоящая. Я не могу утонуть.

Мир подернулся зеленым, меня затошнило.

— Закрой глаза, — сказала мне доктор Эйсуле, и я послушалась. — Найди своего брата и передай ему последовательность цифр.

Ее голос стал каким-то глухим. Мне хотелось течь, растворяться, двигаться, переливаться, но я попыталась сосредоточиться. Мне надо найти Коди.

— Три, — доносился до меня голос, — два, четыре, пять, два, пять. — И снова: — Три, два, четыре, пять, два, пять.

«Коди, — мысленно звала я, — Коди, Коди, Коди».

Ничего не происходило, брат не отзывался. Я с трудом удерживалась, чтобы не выплеснуться за пределы здания, не стать снова потоком, рекой, дождем, штормом, из последних сил, на одном упрямстве я держалась в пределах собственного тела.

Я должна найти Коди, я должна, но я не понимаю, как!

— Три, два, четыре, пять, два, пять.

Да чтоб тебя, как мне передать ему это?!

Мне казалось, что моя голова сейчас взорвется, что изнутри на череп давит что-то огромное и злое, и, если я не найду выхода, мне конец — бум, и моя голова разлетится, и в этот раз я стану не водой — я стану Большим взрывом.

— Три, два, четыре, пять, два, пять.

Коди, где ты?!

— Ничего не выходит, — с досадой сказала доктор Эйсуле. — Ланге ошибся.

Нет, только не это. Если я не стану медиатором — я стану модификантом, меня разберут на части и соберут заново, и я превращусь в чудовище.

От ужаса я распахнула глаза. Доктор Эйсуле все еще сидела напротив, и через толщу зеленой воды лицо ее казалось распухшим и бледным, как у утопленницы.

Мы встретились взглядами.

— Выводите ее, — сказала она, и я не смогла сдержать то, что рвалось наружу из моей головы."

"В глазах потемнело, и в одну секунду я перестала быть. Воде не нужно зрение, не нужны чувства, мне достаточно было того, что я могу течь, и это делало меня счастливой. Я выплеснулась за пределы кабинета, растеклась по коридорам, по зданию, просочилась на подземный этаж, устремилась вперед, огибая препятствия, наткнулась на какую-то преграду, которая втянула меня, и я закрутилась в воронку, в тонкую нитку, не переставая вращаться вдруг зависла в пустоте, собралась в шар, а потом оказалось, что у меня есть глаза, и я открыла их и увидела доктора Ланге.

— Три, два, четыре, пять, два, пять, — сказала я ему.

У меня был мужской голос.

***

Сначала я передавала цифры и слова, пока не кончилось действие стимулятора, потом некоторое время мне пришлось проваляться в кресле с капельницей, тянущейся к руке, и я рассеянно слушала в полудреме, как доктор Ланге спорит с доктором Эйсуле, молодец я или не молодец.