И скидок им не делать! Пусть платят, как положено.

Матильда хмыкнула про себя: все понятно. Они не делают скидок Жозефине, а Жозефина – им. Бизнес, ничего личного. Прелестно!

– А вне работы? – пискнула Лулу.

Матильда с Жозефиной синхронно оглянулись на нее и синхронно подняли брови, потом переглянулись и чуть не рассмеялись нечаянному совпадению взглядов на мужскую красоту.

– В свой выходной делай что хочешь, – передернула плечами Жозефина, а у Лулу чуть глазки не выпали.

– Выходной?..

– Один в неделю. У нас приличное заведение, мы чтим кодекс.

О! Вот это прогресс! Тут есть Трудовой Кодекс! Или хотя бы что-то похожее.

С ума сойти. Да во Франции восемнадцатого века о подобном извращении никто и не заикался. Законы Гильдий – да, но они ж для каждой были свои, а тут, похоже, Кодекс общий. Фантастика, да и только!

Мордоворот тем временем подмигнул Лулу, и та кокетливо повела плечиком. Жозефину же и Матильду он проигнорировал, понимая, что тут не обломится.

Дверь хозяйке открыл седой дедок, запакованный в алую ливрею. Поклонился мадам, окинул внимательным взглядом новеньких.

Внутренняя обстановка тоже разительно отличалась от борделя, в котором Матильда начала карьеру.

В общем зале, куда они попали после прихожей, чувствовался вкус. Оттоманки и мягкие кресла с низкими столиками – белое дерево, немножко бронзы, розовая парча. В углу барная стойка, за ней выставка бутылок. На стенах зеркала, цветы и картины весьма вольного содержания.

Матильда улыбнулась. Через пару веков эти картины будут стоить баснословных денег, их станут обсуждать с умными лицами, восторгаться и спорить, кто послужил моделями для бессмертных полотен. Пока же они украшают стены столичного борделя.

Кроме нарисованных, зал украшали и живые девушки. Они полулежали на оттоманках, сидели в креслах, двое играли в какую-то настольную игру. Все они были одеты в яркие открытые платья с короткими, выше щиколотки, юбками.

При появлении Жозефины гомон в зале стих, все с любопытством воззрились на новеньких.

– Мадам! – К Жозефине подбежала девица в синем форменном платье с передником, то ли горничная, то ли ряженая под горничную. – Полчаса назад прибыли сам шевалье де Блуа, заказали Жоржетту и ужин.

– Послали за ужином к Паулю?

– Конечно, мадам, все, как вы велели! – Горничная стрельнула глазами в сторону новеньких, но вопроса не задала.

Зато задала Лулу:

– Кто такой шевалье де Блуа?

Мадам посмотрела на нее с жалостью:

– Управляющий королевского дворца. Наш самый любимый клиент! Ничего, скоро вы будете знать всех важных господ в лицо.

– И не только в лицо, – жеманно хихикнула Лулу.

Мадам почти незаметно поморщилась и велела горничной:

– Познакомь Лулу с девочками и покажи ее комнату. А ты, – она кивнула Матильде, – иди за мной.