Мне все равно, насколько опасно, на твой взгляд, это мероприятие. Я и сама могу за себя постоять, я ведь как-то прожила целых восемнадцать лет без вас, ангелов. И ничего из того, что ты говоришь, не заставит меня передумать. Я пойду на ее поминки. Сейчас же.

Архангел молчит еще некоторое время. В комнате так тихо, что можно было бы услышать звук падения булавки. Он хочет запретить мне идти к Альберте. Люцифер наверняка бы с радостью запер меня, потому что я бросаю ему вызов на глазах его собственных подчиненных.

А затем он делает глубокий вдох.

– Хорошо. Если ты настаиваешь на этом… – Позади меня раздается тихий стон, и от облегчения у меня кружится голова.

– Сэм, собирай эскорт, вы полетите туда.

– Ты считаешь, что это разумно? – вмешивается Семьяса. – Нам не стоит провоцировать людей. Может, ей лучше как-то замаскироваться…

Люцифер стучит кулаком по столу:

– Вы полетите туда. Возьми с собой Балама, Амудиэля и Кальцаса. Вы отвечаете за нее своей жизнью. Я хочу закончить это все наконец. Нам больше нельзя рисковать.

Я тяжело сглатываю, потому что его слова снова напоминают мне о том, что я для него – всего лишь инструмент достижения цели.

– Мне нужны продукты для больных, – продолжаю я. – Альберта заботилась об этом раньше, и чаще всего она собирала остатки еды на рынке. Нерону плевать на это, но больные нуждаются в лучшей еде. У вас здесь всего в избытке.

Мне кажется, что Люцифер вот-вот поднимет меня на смех, но он поворачивается к Нааме:

– С этого момента больница должна получать продукты из Дворца дожей. Позаботься об этом.

– Габриэль не одобрит этого, – отвечает она. – Ты должен сначала обговорить это с ним.

Люцифер вот-вот взорвется. Тени вокруг него сгущаются от ярости, а его глаза, кажется, сверкают. Задыхаясь, я отшатываюсь назад.

– Просто делай то, что я говорю, – рычит он на нее, – а моего брата оставь мне.

Наама поднимает руки.

– Но ты говорил то же самое, когда я в прошлый раз просила тебя об этом.

– Я знаю. Но теперь ситуация изменилась.

– Как скажешь. Я позабочусь обо всем.

– Значит, нам пора выдвигаться в путь, – говорит Сэм. – Или у тебя есть еще какие-то желания? – Он выжидающе смотрит на меня, но я качаю головой и поворачиваюсь к двери.

Когда я оглядываюсь через плечо, Люцифер стоит у окна с опущенной головой и опирается руками на подоконник. Он выглядит одиноким.

– Ты проводишь меня до кухни? – спрашивает у Алессио Наама. – Ты лучше всех знаешь, что вам нужно.

Когда юноша кивает, она берет его за руку и тянет за собой.

– Я лучше пойду вслед за этими двумя, – говорит Лилит. – Работники кухни не очень-то жалуют Нааму.

– Они что, люди? – спрашиваю я, и девушка кивает.

– Мне жаль твою подругу, – говорит она. – Мы поможем тебе, как только сможем.