Не желая снова встречаться с монстром, генерал решил рискнуть и довериться Монголу. Он приказал готовиться к тактическому отступлению на более выгодные позиции. Правда, ему не очень пришлась по душе идея напоследок перед уходом сжечь убитых бойцов, как советовал Дорсун. Хоть тот и убеждал, что тела необходимо уничтожить, чтобы они не достались Абасу и Дабару. Странно, но Шелепин, Серов, Булганин и Чердынцев против этого не возражали и отнеслись с пониманием. Пришлось скрепя сердце и скрипя зубами отдать приказ о сооружении похоронного помоста.

Отдав последние воинские почести павшим товарищам, генерал хотел было произнести торжественную пространную речь, но решил, что сейчас это неуместно, учитывая, что время поджимает.

Лица людей в свете бушующего братского костра, пожирающего тела, выглядели угрюмыми и задумчивыми. Каждый гадал, когда ему суждено попасть на такой же погребальный костер, если дела обернутся плохо. Огонь еще не погас, когда выжившие стали переносить в грузовой отсек БТР-50 оружие, боеприпасы и продовольствие. Никто до последнего не верил, что удастся оживить тяжелую боевую машину, но напарник Шелепина, лейтенант Владимир Иванович Серов, оказался механиком от Бога и после долгой возни завел ее. Теперь не придется идти пешком по снегу в буран. Хоть одна радостная новость.

– Что делать с заставой? – тихо спросил Чердынцев.

Генерал задумался. С одной стороны, после обстрела от нее мало что осталось и ни о какой надежной защите речи не идет, с другой, если здесь окопаются японские милитаристы и создадут что-то вроде плацдарма, будет очень плохо.

– У нас много топлива осталось?

– Литров двести дизеля. А что?

– Дай-ка мне мой портфель.

Есть одна мысля.

Покопавшись в своих бумагах, Кошевар достал военную топографическую карту острова и стал ее внимательно изучать, уделяя особое внимание карандашным отметкам.

– Так, это то, что надо… – пробормотал он, а потом громко спросил: – Виктор Семенович, напомни, ты ведь вроде лихо штурмовал Прагу на танке. Ничего не путаю?

– Так точно! Первый Белорусский…

– Отлично. Заставу спалить. Врагам ничего не оставлять. Топливо берем с собой, сколько увезем. Разместите канистры по бокам вездехода. Если не выгорит с этой пещерой, мы сможем попытать счастья в Крабзаводском.

Других вариантов я пока не представляю.

– Петр Ильич, вы не боитесь, что эта зверюга Абас со своим хозяином последует за нами и выйдет к поселку рыбаков? Там почти триста душ, мы не сможем их защитить! – запротестовал Чердынцев, но когда генерал объяснил ему свой план, в его глазах зажегся огонь надежды и радости.

Глава 2. Безымянный кошмар

Тягостно и грустно было покидать ставшую для всех такой родной заставу, вместо этого уходя в полную неизвестность.