Парням в черных костюмах наконец удалось вытолкнуть толстую тетку за дверь, и теперь они напирали на санитаров:

— Чего приперлись? Еще полиции не было!

Те спорить не стали. По-хозяйски уселись — один на обувную тумбочку, второй на пуфик. Прислонили носилки к стене. Заявили:

— Мы подождем.

А двое в костюмах обступили Арину:

— Пойдемте, пойдемте, ласточка. Мы вас с прейскурантиком ознакомим, хорошую скидочку дадим. Время сейчас, жаль, неудачное. Кладбища не работают, морги многие закрыты. Но мы все устроим, милая, не волнуйтесь.

Мама бы обязательно, прежде чем заключать договор, обзвонила с десяток фирм. Сравнила цены. Может, ей тоже? Этих заставить уйти — и начать самой выбирать похоронную контору? Выгадывать копейки на маминой смерти, со страхом оглядываясь на комнату, где лежит труп?.. А если все агенты бесцеремонны, как эти двое? Им только позвонишь — а они определят телефонный номер, адрес? Явятся в квартиру, начнут давить на нее — всей толпой?

— А у нас и с полицией связи, и с поликлиникой, и с собесом, — продолжали заливаться соловьями чернокостюмные. — Быстренько вам и справочку о смерти выдадим, и компенсацию от государства оформим.

Нет. Лучше побыстрее со всем покончить.

Арина, морщась, проглядела каталог гробов. Выбрала венок. Кладбище. Согласилась, что маме обязательно будет нужен хороший макияж.

— Кафе можем хорошее посоветовать, для поминочек. — Напирали парни. — Всего две с половиной тысячи с персоны.

Ну и цены у них!

— Нет, кафе мне не нужно, — твердо произнесла Арина.

Да и вообще она не знала, кого звать на похороны. Близких подруг у мамы не было. Приглашать соседок? Бывших коллег? Своих сослуживцев из оркестра?

Измученными глазами посмотрела на парней, попросила:

— А можно… все это потом? Мы ведь не сегодня ее хоронить будем.

— Нет, нельзя! — дружно возмутились агенты. — Обо всем надо сразу договориться. Праздники. Народ мрет. Автобусов нет. Могилы копать некому.

Циничным мальчикам совсем плевать на ее горе. Они пришли сюда работать. Кстати. А чем им платить?

Арина растерялась. Декабрьская зарплата иссякла. Январскую еще не выдали. У мамы в ящике тумбочки всегда лежат деньги на хозяйство, но там от силы десять тысяч. Остальное на сберкнижке. Банк первого января, разумеется, не работает.

Едва заикнулась, что мало денег, парни оживились еще больше:

— Ничего страшного! Оформим микрокредит.

Мама и про это рассказывала. Чуть ли ни тысячу процентов потом придется заплатить.

— Да что вы, девушка! — обиделись похоронные агенты. — Ставка, как в банке. Один процент в день.

«Почему у меня нет друзей? Нет мужа? Нет вообще никого?!» — в отчаянии думала Арина.

Она подписывала какие-то бумаги, но думала совсем не про похороны.