Я договорюсь, — прежде чем женщина успевает как-то среагировать, властно беру ее за руку и отвожу к нашей «Волгу». — Всё будет в порядке.

Антонина покорно садится. Я же быстро поднимаюсь обратно в клуб. Ни на какие объяснения время не трачу, просто бросаю хостес:

— Танцовщицы Антонины сегодня не будет, она берет выходной. Передайте управляющим этого места, что лучшем им согласиться, потому что так решил Вещий, сын Невзорова, — я достаю бумажник и кладу девушке на планшет ровно четыреста рублей. — За приват.

Блондинка обескураженно хлопает глазками, а я разворачиваюсь и ухожу. Проблем точно не будет. Вещий и Невзоров — фамилии уже довольно известные в княжестве, ну а в Будовске тем более. То, что я набрал сорок человек, знает любой местный авторитет. А уж о базе царских охотников не слышал только глухой. Неглупые люди с нами ссорятся не захотят. А глупые долго не живут.

Подвозим учительницу до ее дома. Антонина молчит, взирая на свой дом, а потом неожиданно предлагает:

— Даня…ты не хочешь зайти на чашку чая? — она кладет руку на свое голое бедро — одновременно смущенным и намекающим жестом.

Ох, мои перепончатые пальцы! Нехилое искушение! В других условиях я бы сразу согласился — с такой-то женщиной можно даже две чашки, — но сейчас это недопустимо. У Антонины и так разрыв шаблона в связи с последними событиями, а если еще вдобавок попьет чай с учеником на ночь глядя, то совсем крышу может снести от когнитивного диссонанса.

— Не хочу будить Марину Федоровну, — улыбаюсь. — Давайте в другой раз.

— Хорошо, — грустно вздохнув, произносит женщина и, помедлив, открывает дверь машины.

Только когда она уходит, я вспоминаю о своей куртке. Ну черт! Блин, у меня же одна черная ветровка. Опять что ли шопиться? Некогда же!

Набираю Сергея:

— Выдели одного человека для охраны Антонины Павловны Ручкиной. Живет на Ритменной семь в пятой квартире, работает в «Золотых девочках» в пятой кабинке.

— От кого-то конкретно надо защитить? — по-деловому спрашивает глава гвардии.

— Вообще есть очень малая вероятность, что ростовщик Бирюзский накинется. Но охрана скорее для предосторожности. Завтра на всякий случай пошли пару ребят к ростовщику. Пусть мирно пообщаются на предмет его дальнейших планов.

— Понял.

Следующей звоню Ирине Вещей.

— Да, сынок?

— Мам, я хочу тебя попросить, чтобы завтра ты поговорила с Антониной Павловной. Мне самому некогда, так как надо в Москву. Да и у тебя это лучше получится.

— Хорошо, — растерянно произносит Ирина. — А о чем надо поговорить?

— О ее будущем…

* * *— Здравствуйте, Антонина Павловна, — улыбается Ирина. — Спасибо, что пришли.